Военные кампании вермахта. Победы и поражения. 1939-1943

С величайшими немецкими умами он предпочитал не связываться: к Гете был совершенно равнодушен, а в музыке, которую любил, прежде всего с большим энтузиазмом почитал Вагнера. Иными словами, в искусстве его особенно привлекала и захватывала помпезность, излишества и грандиозность.

По крайней мере, в одной области Гитлер уж точно мог чувствовать себя как дома – в современной технике. К ней он проявлял необычайный интерес и имел бесспорные способности. Ему неоднократно приходилось повергать своего слушателя в величайшее изумление, демонстрируя обширные, основательные, детальные знания.

На память фюрер никогда не мог пожаловаться. Несомненно, в этой области у него возникали плодотворные идеи, и он смотрел далеко вперед, когда речь шла о возможностях дальнейшего развития. Поэтому он рано понял огромную роль техники, и в особенности моторов в современной войне, и начал со всей возможной энергией проводить механизацию вермахта, во многом вопреки пассивному сопротивлению кадровых военных, которые, пребывая под властью традиций, взирали на быструю механизацию с определенным скепсисом. Гитлер был прямо-таки типом технически настроенного человека, хомо фабер[6 - Хомо фабер – человек-кузнец (лат.), также роман Макса Фриша. (Примеч. пер.)] современной цивилизации, и проявлял всю односторонность и недостатки этого типа. Прежде всего, у него давал себя знать полный упадок всех душевных сил, причем в угрожающей мере. Особенно неприятным было то, что ему, казалось, были чужды все человеческие ощущения. Я никогда не слышал от него слов, которые бы обнаружили, что у него в груди бьется теплое человеческое сердце. Напротив, все его высказывания выявляли все более и более аморальную личность, которой владеет только неутолимое честолюбие и неукротимое стремление к безграничной власти[7 - Между тем Германский институт истории национал-социализма (Deutsche Institut f?r Geschichte der nationalsozialistischen Zeit) в Мюнхене опубликовал «Разговоры Гитлера за столом в штаб-квартире фюрера в 1941 – 1942 гг. » (Hitlers Tischgespr?che im F?hrershauptquartier 1941 – 1942) по заметкам доктора Генри Пикера. Как я установил путем выборочной проверки, эти застольные речи были практически аутентичными. Жаль только, что издатель, профессор доктор Герхард Риттер, счел необходимым первоначальную временную последовательность заменить размещением в предметные рубрики. Таким образом, у читателя может сложиться совершенно неверное впечатление об этих гитлеровских монологах.