Реинкарнация

Кровать они, конечно, перенесли. Но достаточно демонстративно приставили ее вплотную к кровати девушек – ну страшно, так страшно.

Однако этот маленький демарш, оказался скорее их мужским капризом. Ни о каких любовных играх речи не шло – позади был трудный день, а впереди… впереди у них был новый день, и была цель, и ни о чем другом Стас думать не мог. Да просто не хотел. Страх штука неприятная, а помноженный на ненависть, и вовсе гремучая смесь. Он должен был встретиться с этим зверем, просто обязан. И не из-за Марины, не только из-за нее.

Он понимал – сдавшись сейчас, он сдастся навсегда. А в этом мире – полном чудовищ… полном лишь потому, что в прошлой жизни им так нравилось их убивать на фарме, такой страх означал конец всему. Постоянному страху и боязни выйти за стены. А вот что он точно не собирался делать, так это сдаваться.

глава 8

Спотыкаясь, Стас уходил от погони. Разобрать во тьме корни деревьев не было никакой возможности, ветки хлестали лицо, а зверь был все ближе и ближе.

Увидев овраг, он спрыгнул вниз, а вот подняться по скользкому склону не успел – зверь догнал его и вцепился в руку повыше локтя. Предплечье пронзила боль. Он хотел вскрикнуть, но проникший под кожу ужас сковал даже голосовые связки. Стас дернулся, пытаясь вырваться… и проснулся.

Но боль в руке не исчезла. Душа ушла в пятки, и тело словно оцепенело. Он с ужасом приоткрыл глаз, боясь увидеть все что угодно… но нет, зверя здесь не было, зато была Марина метавшаяся во сне и словно клещами вцепившаяся в его руку.

Мысль, о том что сейчас ей снится та ночь, и его рука представляется ей тем стволом дерева на котором она спасалась от зверя, разом прогнала страх, заменив его злостью – зелье похоже сработало, но не до конца. Легонько встряхнув девушку свободной рукой, он с облегчением увидел, как она на секунду дернувшись, потом расслабилась, и скомканное гримасой страха лицо разгладилось. Она больше не сжимала его руку в мертвой хватке, страшный сон ушел.

Оглянувшись на окно, Стас констатировал, что на улице светает. Спать они вчера легли довольно рано – подпорченное воем настроение не располагало к посиделкам, так что тело чувствовалось бодрым и выспавшимся. Аккуратно высвободив руку, Стас встал.

Перелезая через лежащего у края их сдвоенной кровати Павла, случайно разбудил его.

– Что уже утро? – спросонья пробубнил тот.

– Да, – шепотом ответил Стас, – вставайте Граф, вас ждут великие дела.