Кипрские частушки

Может, кого-то из нелегалов не устраивает низкая оплата труда, или, пардон, нищенское существование в гетто? Я и сам не для того рискую, чтобы в будущем живя здесь в сравнительной нищете среди богачей, почти без выходных корячиться на местного господина за триста лир в месяц. Скорей всего это золотой компромисс между бедой и счастьем. Своего рода контракт на крови. Ладно, не буду тянуть кота за тестикулы. Прибыл я в Ларнаку пятого октября, а девятого… Короче, на улицу Филирас я вышел совершенно случайно, хотя, как я сам неоднократно заявлял, в жизни случайностей почти не бывает.

В своё время я был автором теории про Чёрных и Белых Попечителей, где чёрные это, условно говоря, плохие парни, а белые хорошие. Так вот, господин, с которым мне привалило счастье познакомиться, был как раз из клана Белых Попечителей и звали его Теодулакис Андрэу, сокращённо Лакис Андрэу. С вашего позволения, тут я несколько разовью свою теорию, дабы было более понятно, к чему я клоню. Согласно её, теории этой про Чёрных и Белых Поечителей, когда у человека жизнь летит под откос, то ему нужно искать причину, а не бить по хвостам. А причина, как правило, на поверхности и у каждого как бы своя точка отсчёта. Не парься, живи по факту. Я и не парюсь. Итак, причина: осенью двухтысячного года в парке Альсос Панграти, в Афинах, меня захомутала греческая астиномия (полиция), после этого меня ровно две недели продержали в обезьяннике, а потом депортировали по самой жёсткой схеме и не в Россию, как логично было бы предположить, а в болгарскую Софию. Короче, выкинули, как собаку. Дальше, мол, сам. Вот с той поры жизнь моя и полетела под откос. Однако, про теорию. Чтобы выбраться из этого цугцванга, мне нужно было войти по-новой через прежний портал, то есть, ровно через то же место в парке Альсос Панграти, где некогда и состоялось моё знаковое задержание. Ничего задачка? (смайл) Но не все пути к цели прямые, чаще они корявенькие и невзрачные с виду. А сегодня я проснулся и, о, чудо! Есть совсем не хочется, даже в животе не урчит! Усмотрев в том определённый для себя знак, я стал скоренько собираться на улицу. Вчерашний разговор с незнакомцем мне не давал покоя. Вряд ли мне светит устроиться на сам завод, сколько бы вакансий там не было, но то что в центре Ларнаки мне точно ловить нечего, это однозначно. Надо агрессивнее внедряться в среду, агрессивнее! А это значит, идти на окраины. Так я и шёл наугад, но с тем расчётом, чтобы на этот раз держаться ближе основного шоссе, уходящего за город.