Кими Райкконен. Последний настоящий гонщик «Формулы-1»

– Рон Деннис называет тебя Айсменом, в чем дело?

– Знаю, так меня называют, только я тут ни при чем. Мне без разницы, как меня называют, главное, чтобы меня не коробило, – отрезал Кими.

Через двадцать лет после того эпизода я снова обратился к Райкконену с тем же вопросом, что и на старте его карьеры, и снова на зимних тестах: «Когда ты перешел в McLaren, Рон Деннис начал звать тебя Айсменом. Откуда это, когда ты услышал его впервые?»

– Давненько это было. Не сказать, что помню.

Придумалось как-то. Разыщи этого Денниса и спроси у него сам. Где-то ведь он прячется.

– Разве это прозвище не возникло как-то сразу?

– Не помню, пожалуй, да. Придумал ведь. Не знаю, если честно. Я даже толком и понять не мог, откуда оно. Вполне себе нормальное прозвище, да мне без разницы, по сути.

– Что значит «без разницы»? Ты же его везде за собой таскаешь! Значит, есть разница.

– Если бы его не было, я бы не таскал его. Проще простого, – не унимался Кими.

– Ладно, скажи тогда: ты достоин своего прозвища?

– Не думал. Вообще никогда.

Райкконен подчеркивал свой имидж Ледяного человека солнцезащитными очками Rayban и глубоко на лоб надвинутой бейсболкой.

Если серьезно, изначальным Ледяным человеком McLaren был другой финн – Мика Хаккинен.

Поскольку мне тогда не удалось связаться с Роном Деннисом, помочь мне взялся хорошо знакомый с ним британский репортер Марк Хьюз. Он даже владеет коллекционной редкостью: уменьшенной копией McLaren, модель 2001 года, с подписью Хаккинена и припиской «Айсмен».

А вообще, он обычно добавлял к своему имени прозвище «Летающий финн».

С Хьюзом мы долго беседовали на тему о прозвищах пилотов «Формулы-1». На мой вопрос, какое из них самое выдающееся, Хьюз только помотал головой, да так сильно, что его круглые очки чуть было не слетели с носа.

– Да кто их знает. В этом деле у меня полный провал. – Все же в международном контексте «Формула-1» – особенный вид спорта в сравнении с другими.

Здесь в паддоке какую только речь не услышишь, а вот прозвище – оно не всегда работает на разных языках. Может, потому всякие прозвища не слишком популярны в «Формуле-1», что здесь сплошной интернационал, – сказал он. – Согласись, Кими назвали Айсменом удачно, на мой взгляд. Хаккинена тоже называли Айсменом. Помню, у нас был брифинг во время зимних тестов до его последнего сезона в 2001 году.