Дорога из Освенцима

Входит другая медсестра, сердито спрашивая о том, что они здесь делают. Не дожидаясь объяснения, она велит им выйти из помещения.

Силка еще не вполне уяснила себе иерархию, но понимает: здесь, как и везде, ей придется узнать, кому можно доверять, а кого надо избегать.

Силка садится за стойку, и ей передают жестяную тарелку со сладкой булочкой, картофелиной и крошечной горкой сушеных зеленых бобов.

– Это мне? – спрашивает она.

– Да, ешь, – говорит Раиса. – Нам можно есть то, что не съели пациенты. То, что остается.

Многие из них такие больные, что не могут есть.

– Разве им не нужна еда, чтобы поправиться?

– Некоторые не поправятся, и мы не можем их принуждать. Если мы отправим еду обратно на кухню, жадные свиньи съедят ее или продадут. – Раиса в отвращении сжимает губы в тонкую линию.

Желудок Силки вдруг скручивается. Не впервые ей доводится есть пищу умершего человека.

– Можно я поделюсь с подругой?

– Если хочешь, – пожимает плечами Раиса.

Силка берет тарелку, садится рядом с лежащей у стены Йосей и осторожно трясет девушку, чтобы разбудить ее.

Йося не сразу понимает, где находится.

– Вот, поешь немного.

– Не хочу твою еду. Ничего от тебя не хочу.

Йося вновь ложится и закрывает глаза.

Силка разламывает булочку пополам и кладет одну половинку на пол перед Йосей.

Входит Люба, другая медсестра, и устраивается рядом с Силкой.

– Хорошо, что у нас есть еще одна помощница.

– О-о… не знаю, много ли пока от меня толку.

– У тебя все получится. Раиса сказала, ты быстро обучаешься и уже произносишь названия лекарств лучше ее.

– Мне легко даются языки.

– Отлично! Когда начнешь писать собственные отчеты, орфография должна быть безупречной. В основном это не так уж важно, но время от времени у нас бывают проверки, и, если обнаружат ошибки в орфографии, у всех нас будут неприятности.

– Не хочу, чтобы у вас были неприятности. Можно я буду показывать вам то, что напишу, перед тем как положить в папку?

– Конечно. Именно это я и предлагаю.

Мы с Раисой будем обучать и проверять тебя. Мне кажется, ты нравишься Елене Георгиевне, так что все будет хорошо. – Люба бросает взгляд на настенные часы. – Пора возвращаться к работе.

Силка смотрит на Йосю и на недоеденный кусок булочки. Хорошо, думает она, что Йося не хочет примириться со своей ситуацией. Это проявление силы. Но все же Силка чувствует укол обиды.

* * *

Вернувшись в барак раньше остальных, Силка и Йося застают там полный разгром.