Иллюзия

Пальцы скатали мякиш, закинул в горло. Следом на зубах захрустел бутерброд с майонезом. Руслан косился на мигающую голограмму «Распутина», нарезку, раскрытый пластик майонеза. Глеб рассматривал дно стакана. Кришнаит завязал с выпивкой два года назад, сейчас суетился у электроплитки. На сковородке повизгивала картошка.

– Чо не пьем? – подзуживал кунгурец.

– Это называется закуска? – вздохнул Забаровский. – Как можно есть хлеб с майонезом?

– Поверь мне, сынок, – прочавкал Дукаревич, похлопывая брянца по плечу.

 – Скоро это будет твоим лучшим закусоном и подчас единственной едой, а все деньги будут уходить на водку. Иначе не студенты. Но сейчас картошечка пожарится, немного ошкурим Санька.

Руслан выдохнул в сторону, опрокинул стакан. Лицо передернуло, пальцы срочно запихали в рот хлеб. Примеру последовал Малышев, справляясь с жжением, выпил всю кружку воды.

– Все выдул? – Олег омрачился, заглянув на дно запивона. – Беги к рукомойнику, набирай.

Бывалый снова наполнил стаканы, памятую о краткости перерыва между первой и второй.

– А ты, на какой кафедре учишься? – Забаровский затеял вопрос для отсрочки нового залпа паленой жидкости.

– Летальные аппараты – ЛА, короче.

– Лажник, короче, – шутканул с «кухни» Помазан.

Пятикурсник зло зыркнул, но стерпел. Пьянка прошла в угаре. Кришнаит предусмотрительно сбежал, зато появились другие знакомцы кунгурца и девушки, не первой потертости, но сносные. Еще три раза сбегали за пол-литрой. Руслан прилег на койку и больше не поднялся, опытные собутыльники заботливо подставили тазик.

Разговоры перекрикивали радио. Сигаретный смог сгустился кучевыми облаками. Разошелся Глеб, предложил выпить на спор по стакану до краев. Собрание отказалось. Выпил «Распутина» на пару с подмигивающим старцем, через минуту приблизился пол и хряснул по лбу. Организм отказался подчиняться. В тумане взгляда незадачливый брянец наблюдал бормочущую кастеляншу, пытавшуюся поднять.

Наутро Малышев обнаружил себя в незнакомой комнате. Рядом посапывала обнаженная Лилия Сергеевна.

ЧАСТЬ II

ГЛАВА I

Димка

Глеб отпрянул, как от огня, подскочил, кинулся прочь. Босиком промчался по крылу. Курящие по стеночкам парни таращили глаза, дымящие девицы отворачивались с томными охами.

Кулаки забарабанили в родную дверь. Открыл сонный Дукаревич в семейниках, мгновенно проснулся, огокнул.

– Малыш, ты чо носишься голый?

Брянец оглядел себя, прикрыл руками причинное место, просочился мимо соседа.