Логово росомахи. Детектив

Карасёв разъезжает по городу на крутой иномарке с личным водителем, в костюме и галстуке, демонстрируя собственную важность, состоятельность и положение в обществе. Многие люди обделены благами цивилизации, прозябают в нищете, а он как выдвиженец из народа – депутат отстаивает их интересы в областном Совете. Конечно, в большей части он проворачивал тёмные дела, и мандат от народа ему нужен был именно для этого.

Карасев был невысокий плотный мужчина с красным бугристым вытянутым лицом, темными глазами и залысиной в лобной части.

Ему уже сорок два года. Он выглядел таким симпатичным и дружелюбным, как обыкновенная гадюка. Он собрал в себе все низменные качества, какие только могут быть у людей. Было известно, что Карасев коварный и жестокий человек.

Сегодня Карасев сидел в удобном кресле зала областного Совета, где принимались законы и подзаконные акты местного значения, и думал совершенно не по существу проводимых здесь мероприятий. Карасёв размышлял о развитии собственного бизнеса на площадях бывшего завода научных приборов, который он совсем недавно удачно приобрёл за небольшие деньги благодаря его обширным связям с нужными людьми.

Заседание Совета закончилось, и Карасев двинулся на выход. Он подумал о том, что бывший губернатор в свое время активно занимался приватизацией промышленных и строительных предприятий и сумел прибрать к рукам основные наиболее рентабельные предприятия. Народ хоть и понимал, что в стране полный бардак, но возможностей и денег у людей не было.

Все деньги были сосредоточены в руках губернаторов и банкиров. Именно они имели возможность скупать объекты недвижимости по бросовой цене. И они это делали весьма успешно.

Карасев вышагивал по ковровой дорожке коридора многотысячного чиновничьего улья под названием областная администрация. Атмосфера лукавства, лицемерия и некоторого напряжения исходила от чиновников, встречающихся на его пути. Многие ему протягивали руку, улыбались и заискивали, говорили добрые слова.

Он же смотрел на них надменно, подчеркивая собственную важность. В душе он презирал их, как и впрочем, они его.

По центральной лестнице он спустился в огромный холл, где через парадную дверь вышел на свежий воздух. Его «Мерседес Гелендваген» мягко подкатил к парадному подъезду. Он плюхнулся на заднее сиденье и бросил жевательную пластинку в рот. Автомашина, мягко шурша шинами и ускоряя ход, понеслась по центральной улице.