Баронесса из ОГПУ

Он подошел поближе к столу, за которым восседал Хольмст, и глухо произнес:

– Александр Артурович, эта дама, которая называла себя подругой моей супруги, является красным агентом. Нельзя верить ни единому ее слову. Она пришла к нам не случайно. Она шпионка.

Брови Хольмста поползли вверх:

– Своих сдаете, Григорий Матвеевич?

– Она мне не своя.

– Откуда сведения?

– Ее заслало ОГПУ, она сама о том говорила жене.

– Прямо так и сказала?

– Там у них произошел какой-то сердечный женский разговор. Бабы, они и не такое сбалтывают в порыве откровения.

Все еще сохраняя удивленный взгляд, но прибавив строгости, Хольмст спросил:

– Чего-то еще интересного хотите сообщить? Например, какого черта вы делали дома, или где там вы еще встречались с женой? Забыли, что вам запрещено покидать конспиративную квартиру? Перов! Или вы хотели бежать?!.

– Я ведь похитил из кассы большую сумму денег. Большевики до денег жадные, они у них народные. Пока меня не достанут – не успокоятся. Вот и пустили по моему следу эту «баронессу» из ОГПУ.

Я осторожен, господин Хольмст. Мне просто нужно было обрести душевное равновесие, увидеть семью, может, в последний раз. Прошу поверить – подобное больше не повторится.

– Не раскисайте вы, Перов. Коль повторится, тогда будем говорить уже по-другому. Вы же не станете меня убеждать, что если попадетесь гэпэушникам, то и под пытками не выдадите нас. Не поверю в это.

– Живым я им не дамся.

– Похвально, если действительно так. Ладно, не паникуйте, господин-товарищ.

Недолго еще вам терпеть осталось. Ведите себя спокойно, так, будто ничего не произошло. Главное, не испортьте нам игры. Вы все поняли?

Когда Перов ушел, Суворов озабоченно произнес:

– Как же я так обманулся в ней?

– Не знаю, господин Василий. Идите и подумайте хорошенько. Мне тоже надо обдумать кое-что.

Едва Суворов закрыл за собой дверь, Хольмст достал из ящика стола маникюрный набор, состоящий из пилки, фетровой подушки, ножниц, пары пушеров, и принялся обтачивать ногти и размышлять: «Вот как! Не зря я чувствовал неладное в отношении этой дамочки.

Уж больно гладко, как рыбка по течению, приплыла она в руки. А Перов? Перов… Так ли он надежен, чтобы безоговорочно верить его словам? Что, если врет не Казутина, а Перов? Казутина впервые переступила порог нашей организации сегодня. Предательство произошло раньше. Значит, предатель уже существовал в рядах организации. Выходит, он и привел накануне операции Казутину в «Братство» как подкрепление?..