Любовь не терпит сослагательного наклонения. Роман

– Я знала, что я такая вот…

– Какая?

– Женщина, которую не хочется отпускать.

– Раз уж мы с тобой об этом заговорили, то какой тогда я?

– Ты хочешь узнать, почему я каждый раз выбираю столь неподходящее время для приставания?

Он кивнул, не зная, как побороть смущение.

– Ты очень сексуальный, когда молчишь и работаешь. Так и хочется выяснить, долго ты еще будешь молчать в моем присутствии…

– Просто… когда ты ко мне прикасаешься, я сразу же хочу. Я ведь просто мужчина, а не бесчувственное бревно.

– Я люблю тебе трогать просто так…

Профессор встал, даже не убирая тетрадей со стола, и подхватил Одри на руки.

– Я знаю, ты не этого добивалась, ты просто хотела подразнить меня и поговорить со мной, но я…

– Я и себя хотела подразнить… твоими молчаливыми взглядами. У меня внутри все кипит… от волнения. У тебя такие красивые глаза!

– Я помню, ты это мне говорила. И в дневнике писала об этом.

– Я честная… Когда я это сказала, ты хотел меня, да?

Профессор закрыл ей рот поцелуем.

Одри приняла это за молчаливое согласие и рассмеялась. Когда она смеялась во время поцелуев с мужем, профессору казалось, что он смешной и нелепый. А ей казалось, что он – мужчина ее мечты.

Одри называла своего профессора в постели Вкусняшкой и нежно кусалась.

– А, знаешь, когда ты самый сексуальный? – спросила она, постоянно гладя его по попе.

– Когда же?

– Когда тебе кто-то звонит по телефону.

Профессор вспомнил, что жена в эти моменты к нему приставала просто бесстыдно. Он разговаривал, а Одри сначала гладила его тело под рубашкой, задирая ее нежно и настойчиво, а потом потихоньку просовывала руку в брюки, трогала его задницу, приспуская брюки и трусы, шла дальше, наблюдая, как муж прикрывает глаза от стеснения и немедленно заканчивала его трогать, когда он прекращал звонок.

– Чем же это сексуально?

– Как чем? На том конце провода никто не знает, чем я с тобой занимаюсь – именно поэтому мне нравится тебя дразнить. Это чудовищно аморально, учитывая мою скромность и твой характер и твои принципы, – она притягательно улыбнулась.

– Мои принципы перестали быть моими с тех пор, как мы познакомились. Ты же знаешь, я всегда тебя слушаюсь и тебе доверяю.

– Не могу сказать, что ты мне доверяешь, но ты делаешь все, что я говорю.

Вскоре, в продолжение этого разговора, Одри сказала:

– Ты почему ничего не предлагаешь?

– Ты же любишь послушных мужчин. Я послушный. Сказала спать – мы спим.

Общий смех.

– Я передумала.