О.С.А. Роман

Человек слаб по натуре своей. Но в нем достаточно мужества, чтобы исправить ошибки. Чтобы раскаяться в малодушии и впредь так не поступать. Коль уж мы заговорили об этой теме, давайте подумаем вот над чем. Два ученика Христа, два апостола: Иуда Искариот и Петр. Петр отрекся от своего Учителя, Сына Божьего, от Бога, отрекся трижды и всю оставшуюся жизнь искупал свой грех. Он стал тем камнем, на котором стоит христианская церковь. И другой, Иуда – тот, который предал Христа за 30 серебряников. Петр сделал это невольно, по малодушию, и затем всю жизнь исправлял эту роковую ошибку.

А поступок Иуды не малодушие, не страх и не боязнь за собственную жизнь, здесь иной мотив. Раскаянием было повешение, Иуда удавился. В христианстве это один из самых жутких грехов, он так и называется – Иудин грех. Самоубийство – это Иудин грех. Иуда предал Христа сознательно, за деньги, обдуманно. Не так, как Петр, в порыве навалившихся на него событий. Но кто мы такие, чтобы судить? Кто из вас возьмет на себя эту ношу, кто осудит Иуду или Петра?

Учитель замолк, в классе стояла гробовая тишина, распахнутые словно окна доверчивые детские глаза смотрели на него внимательно.

И тут учитель увидел поднятую руку.

– Да, Март, ты что-то хотел?

– Можно мне уйти? – негромко, но твердо произнес мальчик.

– Конечно, – кивнул головой довольный учитель, – иди и не беспокойся, я скажу, что тебе нездоровилось, и я отпустил тебя домой. Тебе ведь нездоровится, я правильно понимаю?

– Да, – буркнул Март.

Март взял уже собранный к этому моменту портфель и вышел из класса. Сквозь закрытую дверь до него донеслось:

– Я вам расскажу притчу про зерна…

После окончания школы Март и Весна поженились. Через несколько лет у них родился сын.

– Прости, – сказал Март своей жене, – но я больше не люблю тебя.

– А как же Апрель? – спросила она.

– Апрель приходит, когда уходит март, – сказал он на прощание.»

– Он очень большой, этот Байкал, – произнесла девушка уже внятно и отчетливо, – большущий.

У вас есть картины про Байкал?

– Нет у нас про Байкал, – раздраженно, хотя и вполне сдержанно, ответил Семен.

Девушка расстегнула молнию на штормовке и засунула руку за пазуху. Мгновение, и она извлекла оттуда бутылку с водой.

– У вас тут жарко, – произнесла она, открутив крышку и принялась пить.

– Да, есть немного.

И тут Бокалову словно наяву привиделась такая картинка.