О.С.А. Роман

И судьба давала тебе тысячу шансов, мимо которых ты либо проходил, либо затыкал уши и закрывал глаза. Тебе раздали столько козырных карт на руки, что любой другой давно обыграл бы всех и вся, но не ты. Ты все свои козыри просто побросал на корм свиньям и остался тем, кем и был, не добившись ничего, чего хотел. Но не мечтал, мечта твоя была в другом, в этом и весь секрет. Прошло несколько лет, и твоя мечта сбылась, ты сидишь дома, смотришь телевизор, пьешь пиво и иногда приводишь в свой дом девушек, что бывает крайне редко.

Теперь все наносное ушло, осталось одно чистое золото без примесей. Золото твоей мечты.

Ты сидишь дома, смотришь в окно и жалеешь бездарно прожитые годы. Так и хочется сказать: «Аминь»».

Подобными вещами Бокалов занимался довольно часто, самобичевание стало нормой его скучной одинокой жизни. Всякий раз, когда Семен начинал плакаться в жилетку своего компьютера, его самооценка падала настолько низко, что после с трудом приходилось выползать из-под этого плинтуса.

Однажды Семен даже хотел открыть клуб неудачников, в котором бы он занял место председателя. Бокалов даже собрался разработать манифест клуба неудачников, навроде манифеста дадаистов и сюрреалистов. Конечно, никакого клуба он не создал и манифеста не написал, но настолько погрузился в это страшное болото под названием «неудачник», что ушел с головой и остался в этой трясине.

Так он и жил, бездарно и никчемно проживая свою жизнь, давя диван и медитируя на телевизор.

По прошествии двух дней Семен вновь отправлялся на работу и терзался муками раскаянья за бездарно убитое время. В эти два дня его мозг трудился с двойной выработкой. Но эти безумные обороты, как обычно, работали вхолостую. Помимо мозговой деятельности, работа Бокалова являла собой кладезь различных историй для рассказов. Каждый день в галерею заходили типы один страннее другого и выносили Семену мозг напрочь. А Бокалов тем временем лишь напрягался, вместо того, чтобы внимательно слушать, проникать в суть вещей, а затем записывать все это.

Если бы он исправно трудился каждый день, записывая новую историю, он вполне мог бы стать вторым Чеховым, ну или кем-то еще, не менее значимым в литературном мире.

История культурологическая

В художественной галерее сидел скучающий продавец-консультант. Вошел мужчина лет 50-ти. Продавец опытным взглядом распознал в нем художника.