Последние дни Гитлера. Тайна гибели вождя Третьего рейха. 1945

Таким образом, этот эмиссар, прибывший на советские позиции в первые часы после смерти Гитлера, не был незнакомцем ни для командующего фронтом маршала Жукова, ни для командующего 8-й гвардейской армией генерала Чуйкова[11 - В официальном отчете об этой встрече, опубликованном подполковником Трояновским в армейской газете «Красная звезда», утверждалось, что Кребс видел Чуйкова. В более подробном отчете, опубликованном в дюссельдорфской газете Der Fortschritt 19 мая 1955 года, говорилось, что Кребс встретился также и с Жуковым.

Согласно этому последнему рассказу, основанному на воспоминаниях пленных, слышавших его от вернувшегося в канцелярию Кребса, встреча с русскими проходила в довольно теплой обстановке. Кребса угостили рюмкой водки и расспросили о событиях в бункере.]. Помимо всего прочего, Кребс должен был как-то объяснить русским, почему письмо, подтверждавшее его полномочия, было подписано не Гитлером, а Борманом и Геббельсом. Согласно опубликованному в то время сообщению русских, Кребс сказал: «Я уполномочен сообщить советскому Верховному командованию, что вчера, 30 апреля, фюрер Адольф Гитлер по собственной воле покинул этот мир». Это официальное заявление является, естественно, сухим и бесцветным: мы не знаем, во время какого из своих визитов – первого или второго, последовавшего через несколько часов после него, Кребса заставили подкрепить или обосновать это заявление. По этому поводу можно сказать только одно: как непосредственный свидетель и как человек, свободно говорящий по-русски, Кребс мог легко это сделать. Как бы то ни было, о самом факте самоубийства Гитлера Кребс сообщил русским в течение нескольких часов после этого события[12 - Во введении ко второму изданию я упомянул о демарше чехословацкого правительства, потребовавшего суда над Кребсом, как над военным преступником. Однако в действительности чехи требовали выдачи не начальника гитлеровского Генерального штаба, а другого Ганса Кребса, организатора национал-социалистического движения в Чехословакии, ставшего впоследствии почетным гаулейтером протектората Чехии и Моравии. По имеющимся данным, генерал Кребс покончил с собой в бункере. По крайней мере, об этом сообщил русским после своего пленения генерал Вейдлинг, о чем русские сообщили 9 июня 1945 года, хотя и после этого Сталин в Москве продолжал утверждать, что Кребс остался жив и бежал.]. Оставалось лишь проверить подлинность сообщения.