Битва за Францию

Но сегодня за новостями прибыл не лакей, а молодой дворянин, который чрезвычайно обрадовался, увидев сэра Уолтера живым и невредимым.

– Я должен немедленно сообщить о Вашем возвращении Ее светлости, – заявил Лувиньи (так звали молодого человека). – Но будет лучше, если Вы последуете за мной и объяснитесь с герцогиней.

– Я так и сделаю, – согласился Уолтер, который, желая поскорее вернуться в Англию, решил разом покончить со всеми французскими делами, продолжать которые уже не имело смысла.

Приказав лакею согреть горячей воды для ванной, Монтегю принялся за чтение писем, которые пришли во время его отсутствия.

Отложив в сторону те, что могли подождать своей очереди, милорд вскрыл письмо от королевы Англии, которое было доставлено вчера вечером. Генриетта требовала его немедленного возвращения в Лондон.

Поскольку, приказ Ее Величества совпадал с его собственным желанием, Уолтер не стал писать ответ, рассчитывая не позднее, чем завтрашним утром покинуть Париж.

Следующее письмо озадачило его намного сильнее.

Написанное герцогом Бэкингемским, оно содержало требование министра и дальше оставаться во Франции, чтобы довести до конца предприятие, задуманное Шевреттой.

– Черт знает что! – в сердцах воскликнул Уолтер. – Как бы я не старался услужить двум господам, один из них все равно будет недоволен. Ну, и что мне теперь делать?

Господин Лувиньи, который все это время терпеливо его ожидал, красноречиво кашлянул. Пробудившись от неуместной задумчивости, Монтегю все же решил отложить решение на потом, и, наскоро приведя себя в порядок, последовал за услужливым молодым человеком к герцогине де Шеврез.

Глава 11: Ловушка захлопнулась.

Пока Уолтер Монтегю сидел в Бастилии, французские заговорщики окончательно растеряли уверенность в успехе заговора. После ареста господина д'Орнано, об убийстве Ришелье уже никто не помышлял, более заботясь о спасении собственной жизни. Все это Монтегю сообщила герцогиня де Шеврез, которая и не думала скрывать радость, что видит любовника живым и невредимым.

Но, как только первые восторги от встречи улеглись, пришел черед политических интриг, которые занимали прекрасную герцогиню не меньше, чем любовные приключения. Из всех заговорщиков она одна не потеряла присутствия духа, и, видя всевозрастающую панику в рядах бывших единомышленников, приняла решение их образумить, назначив свидание в доме, принадлежавшему господину де Лувиньи.