Хроники Абитарамуса

 – В самом деле не стоит!

– Но можно одеться потеплее, поверх платья накинуть плащ-накидку, – сказала принцесса. – У нас, кажется, есть? – посмотрела она на Людмилу.

– Есть, ваше величество! – ответила та. – Великолепный тёплый шерстяной плащ-накидка «летучая мышь» с капюшоном. Но мне кажется, он будет не совсем в тему для такого мероприятия.

– Давай лучше сначала посмотрим, какая у тебя температура, – предложила Констанция.

Тут в дверь робко постучали. Это были девушки-служанки, которые принимали участие в одевании принцессы.

– Скажи им, пусть пока подождут, – обратилась она к Констанции.

Когда проверили температуру, она, к удивлению девушек, оказалась не повышенная, а пониженная: 35,8 градуса.

– А я и чувствую, – сказала заболевшая юная гранд-дама, – когда под утро начала мёрзнуть, что-то не так, никогда со мной такого не было. – И добавила упавшим голосом: – И что теперь?

– Надо позвонить Бадулю, – сказала Гортензия.

Она из фрейлин была самая рассудительная девушка.

– Звони, – обратилась принцесса к Людмиле, – пусть срочно едет во дворец.

А ты, – сказала Констанции, – иди к служанкам и объясни им осторожно, что я сегодня не смогу выйти… Ну, ты понимаешь… Только чтобы без паники. И если из моих родственников кто там, пригласи ко мне.

Обычно раньше всех из вельмож приходил её дядя-граф, министр внутренних дел королевства. Действительно, дядя, брат её покойного отца, был уже в приёмной. Звали его Карл. Он тут же прошёл к племяннице. Выслушал её краткий рассказ про болезнь.

Он тоже был того же мнения, что в таком состоянии выходить ей к народу не стоит.

Через пять минут уже весь дворец знал, что её величество захворала и ежесубботний выход отменяется.

Придворный лекарь Бадуль – чудаковатый толстяк с рыжими бакенбардами и лысиной, – кроме того что был личным доктором принцессы, помимо фармацевтики ещё практиковал алхимию в собственном доме, состоящем из восьми комнат, на улице Джордано Бруно, где жила вся интеллигенция королевства.

«Сейчас буду как штык!» – ответил он фрейлине, поняв по её голосу, что с принцессой и в самом деле что-то серьёзное, она заболела. Но это не означало, что приедет он на своей далеко не первой молодости «тойоте» минимум через час. Доктор любил выпить, и не только за обедом у принцессы, но и в любое время суток, если этому способствовали обстоятельства и настроение, не принимая во внимание даже врачебную практику и свои алхимические и генетические эксперименты.