Труженик Божий. Жизнеописание архимандрита Наума (Байбородина)

И теперь, открывая Батюшкины книги (например «Кончину мира», выпущенную нашим издательством в 2020 году), невольно думаешь о том, как Батюшка заботился и беспокоился обо всех нас и обо всем Православном мире.

Впрочем, не будем больше отвлекать внимание читателя от главного – от личности Старца. Поистине он был тем столпом веры, который воздвиг Господь для защиты Своего расхищаемого виноградника – гонимой Русской Церкви. Он имел дар передавать приходившим к нему свою веру, закаленную испытаниями советского времени, помогал людям менять свою жизнь и направлял на верную дорогу к Царствию Небесному.

Верим, что Господь дал ему дерзновение делать это и сейчас. Потому что такие праведники, как он, не умирают. Они всегда живут у Господа и в наших сердцах.

Глава 1. Род Байбородиных

Вилеготская волость на карте Перми Великой. Фрагмент карты из «Чертежной книги Сибири», составленной тобольским сыном боярским Семеном Ремезовым. 1701 г.

Дальние предки Старца

По своему происхождению отец Наум был плоть от плоти боголюбивого русского крестьянства, что наложило глубокий отпечаток на весь склад его личности и всю его жизнь. Конечно, далеко не все русские крестьяне жили святой жизнью – везде встречаются люди разные, и одна лишь принадлежность к сословию не говорит о нравственных качествах человека. Но все же благочестивому русскому крестьянству в лице лучших его представителей были свойственны многие добрые черты, воспитанные тяжелым трудом на родной земле и многими поколениями верующих предков.

Поэтому во все века среди монахов Святой Руси было много выходцев именно из крестьянства – сам образ жизни зачастую уже готовил человека к монастырю. Недаром преподобный Силуан Афонский говорил, что хотел бы иметь такого старца, каким был его отец – простой и неграмотный тамбовский крестьянин, который хоть и читал «Отче наш» с ошибками, однако был кротким и мудрым человеком.

Труд на земле с молитвой делал русского крестьянина кротким и терпеливым, привычным к тяжелой работе ради пропитания себя и своих близких.

Семьи, как правило, были большими; пять и даже десять детей в них не были редкостью, и потому каждый ребенок с детства приучался служить своему ближнему, помогать и заботиться о других. В таких больших семьях соблюдалась строгая иерархия, и слово главы было законом для младших.