Цепная реакция

– Семнадцатый век, – пояснил после паузы любитель живописи. – Конгениально… Потрясающее чувство пропорции… Меня, кстати, Алексеем зовут… Простое такое, фламандское имя.

– А?.. А-а-а… Меня – Виктория. Вика.

– А вы здесь часто бываете?

– Так… По настроению. – Девушка кивнула на вазу. – Букет неудачный.

– В каком смысле?

– Розы с орхидеями не сочетаются.

– Да? – Быков перевел взгляд с ее декольте на цветы. – Вообще-то, вы правы. Цветовая гамма не очень… Но все равно – сам Ван Дейк!.. А потом, это ж шестнадцатый век.

А тогда все сочеталось.

* * *

Оперуполномоченный Никифоров ткнул пальцем в лежавшую на столе фотографию.

– Андрюха, я тебе сто пудов кладу, он это!

– Ну, допустим. И что с того, что сотрудник СОБРа в «ночник» разок сходил? Нашел криминал… – пожал плечами Бухаров. – Сам-то ты тоже там был.

– Я – по делам. С человеком встречался.

– Может, и он – по делам.

– Хороши дела! Девок щупать и коктейли трескать…

– Можно подумать, ты не щупаешь.

– А знаешь, сколько в «Коралл» билет стоит? – вскинулся Бухаровский напарник.

 – На нашу зарплату туда не находишься. А если фирменные коктейли глушить, так за один заход без штанов останешься. А он у них – постоянный клиент! Бармена по имени знает.

– Ну да… Наши люди в булочную… – Бухаров посмотрел на молодого коллегу с сочувствием: – Юрасик, у тебя в голове мозги или кю? Ночным клубом мировую общественность нынче не удивишь. Что-нибудь посерьезней имеется?

– Будет и посерьезнее.

Дай срок.

Никифоров отпер сейф, достал оттуда тоненькую папочку и вложил в нее фотографию Быкова.

* * *

Они неспешно брели в сторону выхода. «Искусствовед» продолжал лекцию, вызубренную несколько часов назад, но не избавленную от слов-паразитов.

– Вообще-то, Ван Дейк странным товарищем был. Прикинь, он когда покидал Рубенса, тот позволил ему взять, что нравится. Как лучшему ученику. Имел в виду, конечно, картины. А Ван Дейк присмотрел конягу. Лучшего скакуна из конюшни мастера.

Картины-то он и сам нарисует, а конь по тем временам не слабо стоил.

– И в чем странность?

– Ну, как в чем? Представь: тебе предлагают на выбор – картину Рубенса или, скажем, «мерина». Ну, то есть «мерседес». И что бы ты выбрала?

– Ну, наверно, Рубенса…

– Правильно! Это же фламандская школа! Проложила целое направление в живописи. Его часто сравнивают со стилем барокко в архитектуре. – Леха, подобно опытному экскурсоводу, поднял палец вверх.