Ещё одиннадцать сказок обо всём, на любой вкус и для всех возрастов

– А позволит ли мне заметить, великий падишах,… а не он ли сначала заточил в башню собственную дочь, и сослал мудрого звездочёта в пустыню, да ещё и в самое гиблое место,… и не он ли был жестоким и грубым правителем. А потому,… не он ли настоящий виновник всего случившегося?… Так что мы-то здесь ни в чём не виноваты,… ни перед принцессой, ни перед звездочётом и уж тем более перед великим падишахом… – вдруг осмелев, видя, насколько сильно выдохся Ниух-Ниах, решительно упрекнул его визирь.

– Да, пожалуй ты прав,… я наделал много глупостей и ошибок,… значит, мне их и исправлять.

А сейчас не корите меня строго и помогите лучше дождаться утра… – признавая какой же он всё-таки был несносный правитель и отец, тихо произнёс Ниух-Ниах и совсем загрустив, повалился на бок.

– О, конечно же, великий падишах мы всегда будем рядом и поможем! – с готовностью воскликнул визирь и тут же жестом указал стражникам, чтобы те накрыли падишаха своими халатами и дали ему поспать, а сам присел подле него, дабы неусыпно охранять его спокойствие.

Так они и остались, отдыхать в таком положении до самого рассвета, тогда как в тот же час в нескольких милях от них, у старых саксаулов вовсю кипела работа. И уже к утру все собравшиеся там друзья всеобщими усилиями вырыли под каменной глыбой такую глубокую яму, что в ней с лёгкостью смог бы уместиться небольшой караван верблюдов.

– Ну что же,… вот всё и готово! А теперь нам осталось только в последний раз поднатужиться и столкнуть каменный бархан в яму! – подведя итог всей работы, воскликнул звездочёт, и друзья тут же объединившись с пташками и зверушками, с азартом навалившись на глыбу стали её раскачивать.

– Раз-два взяли! Эх, ещё раз взяли… – громко скомандовал Али, толкая камень в бок. И только он произнёс это ещё раз, как глыба резко хрустнула, поддалась и покорено свалилась в яму. Друзьям даже и не пришлось особо напрягаться, как дело было уже сделано, вот что значит совместная подготовка. Теперь на месте, где только что мрачно высился бархан, образовалась пустота, посредь которой, вдруг, откуда не возьмись, забрызжил маленький фонтанчик.

– Вот он! Смотрите, мы его освободили! Ах, какой же он крохотный! – радостно воскликнула Жасмин, показывая всем на серебристую струйку, бьющую из-под земли.

– Ну, это ничего,… ты погоди чуток, дай ему только силы набрать, а он себя ещё покажет! – тут же обнадёжил её звездочёт и как всегда оказался прав.