Я заберу свою дочь

– Это еще не все новости, Костя, – вырывает меня из раздумий мурлыкающий голос Наташки.

– Что еще? – устало интересуюсь.

– По ходу… это, – выгибает бровь дугой, – В животе у этой Любы тоже твой ребенок…

Глава 3

– Болит? – невесомо прикасаюсь к ее плечу.

– Чуть-чуть, – поднимает голову и смешно морщит носик.

Надюша редко жалуется. Страшно это говорить, но она привыкла терпеть. Когда я ее нашла, малышка очень сильно хромала. И при этом стояла на коленях в мороз. У нее был перелом бедра, который неправильно сросся.

Страшно вспомнить, через какой ад мы прошли, пока восстанавливали ножку. Как ни прискорбно признавать, тогда нам помог Павел Аристархович. Деньги на лечение дал Веня. Больше года доченька промучилась, не все шло гладко, были осложнения.

– Мое ты сокровище, – целую ее в носик.

– Мамочка, чем ты расстроена? – смотрит на меня пытливо. Не детским взглядом.

Она повзрослела слишком рано. На глаза снова наворачиваются слезы.

– Уже все хорошо, ты же со мной, – улыбаюсь.

– Как мой братик? – кладет здоровую ручку на мой живот.

– Отлично! Уже хочет увидеть свою сестренку, – сердце щемит от нежности.

Как же я перед ней виновата! Никогда себе не прощу! И Вениамину тоже! Я попала на сохранение в больницу. Надя осталась с мужем и няней. Я сама выбирала ее. Столько рекомендательных писем, огромный опыт работы. А в итоге женщина не уследила за малышкой. Дочь упала с окна второго этажа. Итог – травматические повреждения плечевого сплетения с отрывом двигательных корешков.

Правая рука не двигалась. Понадобилась операция, которая не гарантировала положительно результата. Но все прошло хорошо. Даже лучше, чем ожидали. Только теперь нужны деньги на реабилитацию. Надо заплатить Павлу Аристарховичу. Где взять средства?

Вениамин, будь он неладен. Ведь и по его вине все случилось. Он обещал быть дома. А сам уехал на сутки.

Скорее всего, к своей любовнице. Но это я сейчас понимаю. А тогда я ему верила. Ведь он выручил меня в безвыходной ситуации.

– Мы очень ждем малыша! – сжимает мою руку. Серебристые глаза сияют. – Я буду тебе помогать!

Подавляю горестный вздох. Вспоминаю мерзкие вещи, которых наслушалась от врача и мужа. Такое говорить про ребенка! В них хоть что-то человеческое есть?

Сегодня моя вера в людей окончательно уничтожена. Больше никогда и никому не поверю.