Я заберу свою дочь

– Не ваше дело! – огрызаюсь.

Входит официанта. Расставляет блюда. Разговор прерывается. Пытаюсь проанализировать услышанное.

Приехали! Теперь он копается в щекотливых подробностях моей личной жизни. Да, у нас с Вениамином не получилось зачать ребенка естественным путем. У меня никаких проблем врачи не находили. Вениамин тоже говорил, что здоров. Потому мы прибегли к ЭКО. И все получилось с первого раза. Тогда я еще искренне верила, что муж хочет ребенка, так же сильно, как и я. Мечтала о нашем сближении.

– Во время процедуры был использован мой биологический материал,– заявляет, глядя мне в глаза, когда официантка покидает помещение.

– Это невозможно! – аж подскакиваю на месте. Не хочу его слушать! Это полнейшая ересь!

– Сядь, – одно слово и я безвольно опускаюсь на диван.

– Для меня это тоже было, мягко говоря, неожиданностью, – отвлекается на телефон. Набирает что-то. – И я непременно выясню все подробности, – Снова стальной взгляд впивается в меня, вонзается под кожу, – Но как ты понимаешь, теперь мы связаны, – тень пробегает по лицу Константина.

Он раздражен. Сейчас еще острее ощущаю его неприязнь ко мне.

– Мы не связаны. Я вам не верю, – мой голос звучит на удивление ровно. – Это мой ребенок.

– И мой. Потому, Люба, ты будешь жить в моем доме. Я гарантирую безопасность, полное обеспечение, – он просто ставит меня перед фактом, он все решил. Мое мнение не имеет для Константина значения.

– Не буду! – мотаю головой. Холодный пот струится по спине.

– До родов будет так. Дальше… посмотрим… решим… – хриплый голос со свистом обвивается вокруг моего горла.

– Нет… – и все больше у меня нет слов. Болезненный ком застревает в горле.

– Я обозначил позицию. Иного варианта нет, – поднимается из-за стола. – Я тебя покину. Домой тебя отвезут мои люди, – снова это ледяное спокойствие в голосе. Он играет на моих нервах. Доводит до предела.

– Я никогда не приму подобных условий! – выпаливаю ему в спину.

Резко оборачивается. Подходит. Наклоняется.

– Ты моя. Дети мои. Это не обсуждается, – опаляет огненным дыханием ухо.

– Только попробуйте прикоснуться! – отодвигаюсь от него как можно дальше.

– Об этом можешь не волноваться. Интим исключен, – резко выпрямляется. Ведет плечом, морщит нос. Будто ему противна сама мысль о подобном.

Грудь сдавливает болезненными спазмами. Его реакция меня задевает.