Ещё четыре сказки из серии «Ребятам о зверятах»

Хотя Барг и старался крайне рьяно грести, но всё напрасно. Он попал на такой отрезок ручья, где течение в русле было особенно сильным и неслось с огромной скоростью. Так что все его попытки достичь берега оказались бесполезны.

К тому же после того, как он спас соболят ему пришлось весьма долго находиться под водой, на что было потрачено немало сил, и теперь усталость брала своё. Барг уже еле двигался, и его очередная потуга добраться до берега вновь провалилась, всё тщетно. Зато он сам вдруг почему-то стал слишком уверенно держаться на плаву, его уже как прежде не тянуло ко дну.

То ли оттого, что он так глубоко дышал и воздух обильно наполнял его лёгкие, то ли у него включился какой-то резерв, то ли ещё что-то помогало ему, но только теперь он затрачивал намного меньше сил, дабы просто плыть по течению, что собственно он и сделал. Барг элементарно расслабился, и свободно оставаясь на поверхности, стал сплавляться вниз по течению, в ожидании, когда наконец-то закончиться этот стремительный отрезок ручья.

– Ладно, не буду сильно усердствовать, а то растрачу остаток сил!… Главное, что все соболята были уже на берегу, когда меня унесло!… Ничего, дождусь спокойного течения, а там уж выберусь из воды. Стоит немножко потерпеть, и я вернусь обратно, проведаю соболят… – качаясь на пенистых волнах, как на подушке, продолжая думать о соболятах, неторопливо размышлял Барг, и тем самым сохранил себе жизнь, ведь порой лучше отдастся на волю судьбы, чем дерзновенно сопротивляться создавшимся обстоятельствам.

Жизнь, она ведь как зебра: полоса чёрная, полоса белая. Так что и чёрная полоса пройдёт, «всё проходит и это пройдёт», и это не я сказал, а так утверждал великий царь Соломон. В общем и целом, всё так и получилось. Прошло пару часов, и стремнина закончилась. Барг очутился на спокойной воде, даже никакой ряби на поверхности не было. Всего несколько мощных гребков, одно усилие, и он лихо выбрался на берег. Вот только той порой вечер уже добрался и сюда.

Быстро сгустились сумерки, и вскоре наступила ночь.

– Эх, неудача!… Лишь успел выбраться на берег, и сразу стемнело!… Ну что же, придётся остаться здесь ночевать!… Но нет худа без добра, зато основательно просушу свою шубку. Вон как мех насквозь промок… – найдя выгоду даже в этом безвыходном положении, заключил Барг и стал устраиваться на ночлег, одновременно перебирая и подсушивая свою меховую шубку. Так этот день и завершился.