Четыре сказки о юных героях

Меж тем царь с царицей занялись привычными для себя делами. Царь взялся сочинять очередной прожект по благоустройству государства. А царица сидела подле него, и изредка поглядывая в окошко, радовалась ясной погоде, да иногда вставляла свои замечания в прожект. Так всё ладненько и шло. Но вдруг к ним в светёлку, словно коршун с высоты, ворвался весь растрёпанный и вспревший гонец с дальнего дозора на границе с герцогством Кордицепса.

– Беда, батюшка-царь!… Ой, беда!… – прямо с порога закричал он и бухнулся на колени.

– Как так!? Что за беда!? А ну встань, не валяйся в пыли! Не мели чепухи, нормально объясни, что случилось!?… – тут же вскочив с места, вскликнул царь и кинулся к гонцу.

– Ах, не гневайся государь, не углядели мы,… ведь всё тихо было,… замирение кругом,… не думали мы, что этот аспид проклятый нападёт,… а он напал-таки, бестия… – чуть привстав с колен, сбивчиво протараторил гонец.

– Да ты отдышись, милок,… и толком расскажи, кто напал-то?… Что ещё за аспид такой?… Какая такая бестия?… – пожалев гонца, внезапно вступила в разговор царица.

– Да это наш западный сосед,… хитрый как чёрт, герцог Кордицепс!… Огромной ватагой ряженых солдат напал!… Все как один страшные, в кровавых камзолах,… лица перекошенные,… глаза навыкате,… в руках не то сабли, не то пищали,… они ими так скоро вращали, что сразу и не разглядеть!… Набросились на наш кордон, и давай всех вязать,… я насилу выбрался из этой суматохи, прыгнул на коня и скорей сюда,… а они по мне напоследок давай из пушек палить,… еле-еле ушёл!… И вот я здесь,… беда государь,… война к нам пришла… – выдохнул последние слова гонец и залился горькими слезами, уж так ему обидно за своих сослуживцев стало.

– А ну тихо!… Не хнычь солдат!… Не дадим мы твоих товарищей в обиду,… мы своих не бросаем!… Сейчас войско соберём и вмиг зарвавшегося герцога урезоним,… ну я его бестию!… Эй, стража!… позвать ко мне воеводу!… – мигом успокоив гонца, вскричал царь. А воевода уже тут как тут, махом примчался. И начался у них с царём военный совет.

Впрочем, известно, что герцог особо и не наглел, ведь вся его вылазка на кордоне была лишь постановочным спектаклем, для того, чтобы пошуметь и заманить царя в ловушку. И надо сказать, что эта его затея удалась на славу, цель была достигнута.