Бирюзовые льды Айсниры

И, потом, разве в городском парке обитают рябчики? – удивилась Вика. – Вообще-то, уже смеркается. Рабочий день закончился. Пора по домам. Или ты собираешься оставаться в редакции до ночи?

– Сейчас уходим. А эти материалы возьму с собой. Как и решил, поработаю дома, – сказал Андрей и захлопнул папку…

Морозным утром чёрный джип въехал на территорию дачного посёлка. Машина беспрепятственно проехала мимо поднятого шлагбаума. Из маленькой сторожки, стоявшей при въезде в посёлок, никто не вышел.

Посёлок выглядел безлюдным.

Впрочем, возможно, в некоторых добротных кирпичных и бревенчатых двухэтажных домах обитали дачники, но определить, дома ли хозяева, было невозможно из-за высоких сплошных бетонных и металлических заборов. Проехав метров двести по центральной улице, джип остановился возле металлических ворот.

Андрей вышел из автомобиля и открыл ворота. Посреди старого яблоневого сада располагался двухэтажный бревенчатый дом. Сразу за садом начинался густой сосновый бор.

– Это твоя дача? – выбравшись из машины, спросила Вика.

– Да. Я купил её, когда работал в другом издательстве. Там я писал статьи о жизни эстрадных звёзд.

– Ну и как там работалось?

Андрей вместо ответа поморщился.

– Ты доволен, что теперь работаешь в журнале «Потусторонний вестник» и пишешь о всякой мистической ерунде? – спросила Вика.

– Но в нашем журнале есть раздел, посвящённый новостям науки, в том числе астрономии. Порой мне приходится писать о настоящих звёздах.

Это намного интереснее. Только на свою нынешнюю зарплату я не смогу построить даже сарай, – грустно сказал Андрей.

Он снова сел за руль, заехал в гараж, а затем закрыл ворота.

Пройдя по заснеженной тропке, проложенной между рядами низких кустарников, Андрей и Вика зашли в дом. Съев по паре бутербродов и выпив по чашке горячего кофе, они стали готовиться к лыжной прогулке.

Они надели спортивные куртки и вязаные шапочки, взяли лыжи и через заднюю калитку вышли в лес. Сосновый бор встретил их ароматом, настоянным на дурманящей смеси запахов пряной хвои и морозной свежести, источаемой хрустящим белым снегом.

В подлеске старого сосняка росли рябины, увешанные бурыми кистями ягод, которыми за всю мягкую до этой недели зиму так и не удосужились полакомиться птицы. Грозди рябин были покрыты снежными шапочками, искрящимися под яркими солнечными лучами.

Молодые люди надели лыжи и пошли по лыжне, припорошённой мелким пушистым инеем.