Ещё двадцать одна сказка обо всём на свете

Притом одновременно, как и подобает истинному гусару, взялся ловко подкручивать свои прелестные усики. За этим-то забавным занятием его и застала внезапно вошедшая в кафе княжна Дарья.

Весь, покраснев от смущения, и даже шрам на его лбу сделался пунцовым, Пьер мгновенно застыл, съёжился, и отчего, разумеется, сразу приобрёл глупый вид. Даша, увидев пред собой столь незадачливого юношу, тут же прыснула весёлым смехом.

– Ой, простите меня, пожалуйста,… не могу остановиться… – сквозь смех обратилась она к Пьеру, стараясь хоть как-то сохранить остатки приличия.

Пьер же от такого конфуза вообще перестал дышать, выкатил глаза, да ещё и рот открыл. Отчего княжна пуще прежнего залилась звонким сочным смехом, который уже стал больше походить на неудержимый хохот. И ещё неизвестно чем бы всё это кончилось, если бы с кухни не вернулась Светлана.

– Да что у вас тут происходит? – строго спросила она на правах старшей сестры. Но взглянув на Пьера, тут же всё поняла.

И сама так хохотнула баском, что он, испуганно встрепенувшись, стремглав, словно заяц, выскочил из кафе, тем самым только ещё больше раззадорив девушек. И они, уже абсолютно не сдерживаясь, дав себе волю, хохотали до упада, хватаясь за животики.

Пьер же, одним прыжком взбежав к себе наверх в комнатку, быстро скинул рубаху и стал безостановочно ходить из угла в угол.

– Какой позор,… какая неудача,… какой конфуз,… вот же-шь каналья… – отчаянно чертыхаясь, злился он.

Но не прошло и десяти минут как к нему в дверь неожиданно постучали.

– Кто ещё там?!… не тревожьте меня,… не до того!… – не открывая дверь, грубо рявкнул Пьер.

– О, прошу прощенья,… это я, ваша соседка из окна напротив,… пришла извиниться… – раздался в ответ на его грубость робкий ангельский голосок. Это была княжна Дарья. Она, почувствовав в случившемся свою вину, решила немедленно сгладить неловкое положение. Пьер же услышав её нежный голос, пришёл в ещё большее смятенье, и, нервно накинув на себя рубаху, зачем-то бросился искать ещё и домашний халат.

– О, простите,… я сейчас!… всего одну минуту!… – тут же сменив тон, дребезжащим голосом запросил он. Быстро пошарив по углам, и ничего там не найдя, он наспех дрожащими руками причесался и глупо продолжая теребить верхнею пуговку рубашки наконец-то распахнул дверь. Перед ним стояла княжна, и искренне улыбаясь, протягивала ему руку.