Пять сказок о любви

В считанные минуты вся кадушка с мёдом или же с творогом была опасна для употребления. Казалось бы, вот оно, цель достигнута, товар отравлен и сейчас народ начнёт умирать. Но не всё так просто, хитрость на этом не заканчивалась. Внезапная гибель никому не грозила, замысел колдуньи был иной. Она не ставила себе задачей травить людей, о нет, на всех у неё просто не хватило бы яда. И потом, начни люди травиться, то на неё сразу же пало бы подозрение, и она даже с ярмарки не успела бы уйти, её бы тут же поймали и разоблачили.

Так что берите выше, замысел у старушки был гораздо коварней и вероломней.

Всё заключалось в том эффекте, какой оказывал тот яд на людей. Проникая в кровь человека, он постепенно делал его жестоким, вспыльчивым, озлобленным и не переносящим никаких возражений. Такой человек, скажи ему кто слово поперёк, тут же был готов броситься на обидчика с дубинкой. И всё, конфликт обеспечен. И вот теперь можно себе представить, что будет твориться со всеми теми людьми, которые приняли такого отравленного медка, сметанки, творога или ещё чего.

Это же сразу грандиозная бойня начнётся, самая настоящая война.

Впрочем, как раз её-то, войну, и намеревалась устроить колдунья. Ей, видите ли, не нравилось, как мирно идут дела в обоих королевствах. Народ и на той, и на другой стороне живёт дружно, не хлопотно, в уважении. И всегда-то у них мир, порядок, все рисуют, пишут стихи, сочиняют музыку, в общем одно благоденствие. Но самое главное, что раздражало колдунью, так это внезапное появление в лесу маленьких крох, эльфов, муз, и фей.

Для неё их появление стало страшным ударом, ведь она и сама жила в лесу, в его глухой и непролазной чаще, там, где отродясь никого не водилось и колдунья могла преспокойно обстряпывать свои мрачные, грязные делишки. Дорогу туда, кроме неё, никто не знал, и никто её там не тревожил. А тут на тебе, откуда ни возьмись, появилось целое войско маленьких, добрых крох. И везде-то они летают, и всё-то кружатся, вертятся, жужжат. Более того сплошь и рядом делают светлые, чистые и благие дела. А это для колдуньи было хуже смерти.

Она терпеть не могла, когда кругом царила доброта, мир, счастье и согласие. Старушка просто-таки усыхала без зла и коварства. С тех пор, как крохи поселились у неё под боком, она потеряла всякое спокойствие, сон, аппетит, а вместе с ним и несколько десятков фунтов собственного веса. Потому-то и ходила она теперь вся такая тощая и сухая. Иссушало её счастье людское.