Пять сказок с французским оттенком

А эта дружба с каждым днём всё больше крепла и нарастала. Но не надо забывать, что и дружба с Эдит так же не прекращалась ни на минуту, и даже более того перешла на новый уровень. Теперь Вжик с Чирикой стали затевать для неё показательные полёты и выступления.

И Эдит частенько присев у своего окна наблюдала, как они проворно проделывают для неё всевозможные фигуры высшего пилотажа; разные кульбиты, пируэты, горку, и даже крутую петлю с переворотом назад, а это был очень опасный трюк. Однако Вжик с Чирикой легко с ним справлялись.

После чего непременно получали от Эдит заслуженную награду; восхищённые аплодисменты, и, конечно же, пригоршню наивкуснейших пшеничных крошек. Ну а, вдоволь налетавшись и отведав сдобных крошек, они устраивали себе весёлое купание в чистой и свежей лужице, что находилась в центре двора. Ах, какой же замечательной была эта лужа. Она больше походила на небольшой огороженный со всех сторон фонтанчик, нежели чем на обыкновенную лужицу. А уж как приятно в ней было купаться. И вот такими весёлыми, беззаботными делами друзья занимались с утра до ночи, почти все сутки напролёт.

А меж тем время шло и с того судьбоносного дня когда Вжик показал себя героем минула уже целая неделя. И, как бы это грустно ни звучало, интерес к его поступку стал постепенно угасать. Хотя Вжика это нисколько не расстраивало, и даже наоборот – радовало, ведь теперь они с Чирикой могли спокойно летать, где хотели и когда хотели, и никто не докучал им своими расспросами о том случае.

И это объяснимо, ведь про тот его подвиг все уже давно прознали, и он потихоньку превратился в какое-то обычное, рутинное происшествие, и даже стал забываться, однако не всеми.

Главный виновник тех событий кот Пират превосходно помнил о том своём унижении и никак не мог с этим смириться. Он затаил на Вжика и Чирику такую страшную обиду, что у него от одной только мысли о них сводило челюсть и дыбило хвост.

– Ну, ничего,… они у меня ещё попляшут! Поплатятся они за мой позор,… горючими слезами умоются! Я выжду удобного момента,… и когда вся эта шумиха уляжется, я подкараулю, и нанесу ответный удар,… но только теперь уже не игрушечный, а самый настоящий, смертельный,… такой, чтоб все вокруг вздрогнули и поняли, что я по-прежнему силён и коварен! А то в последние время меня что-то совсем перестали бояться и уважать,… и даже некоторые соседские мышата начали посмеиваться надо мной… – угрюмо думал Пират, отсиживаясь у себя в логове.