Тридцать одна сказка обо всём на свете

– Ладно, хватит вам тут голову ломать, как поступать!… Я всё сам улажу,… только для этого надо свадьбу сыграть!… Уж, коли Фёкла его так любит, то пусть замуж за него и выходит!… Ну не так конечно, как он сейчас есть, без тела с одной головой,… одной-то головой долго не налюбуешься, амурных отношений захочется!… Так что голову я к его туловищу прилажу,… это дело мне под силу,… раз-два и приращу, на то и заговор верный знаю,… но вот только с его рассудком дело обстоит гораздо сложнее!… Ходить, говорить, кушать, пить и даже супружеский долг исполнять он, конечно, сможет,… а вот мыслить, как прежде, уже не получиться!… Скорей всего он так и останется непутёвым дуралеем,… будет постоянно улыбаться да лишь о любви толковать,… вот так-то… – рассудительно обозначил он будущее своего сына, на что Фёкла аж радостным смехом зашлась.

– Ха-ха-ха,… ах, счастье-то какое!… Ведь мне больше ничего от него и не надо!… Пусть только улыбается да о любви мне говорит!… А уж как с ним амурными делами заняться, я сама способ найду!… Лишь бы он рядышком был!… – вдохновлено пролепетала она и тут же отдала голову Феофана Нифонту, чтоб тот её быстрей к телу приделал.

И то правда, пора всё на свои места ставить, ведь Фёкла девка здоровая, дородная, раз уж сумела Феофану голову оттяпать, то и сумеет найти способ, как с ним с приращенной головой счастливо прожить.

Денег у них с Феофаном навалом, куры не клюют. От родителей наследство переходящее; ведь и у городничего полны закрома, и у Нифонта богатства девать некуда, на сто жизней вперёд хватит.

Так что пусть их детишки забавляются, в свои амурные игрушки играют. Что собственно в последствие и произошло. Приладил Нифонт голову сына на место, и тот мигом Фёклу полюбил, вот только увидел, слюнку пустил, и сразу по уши влюбился. А та и счастлива сверх всякой меры. Потом и свадьбу сыграли. Жизнь у них райская началась. Они лишь в амурном блаженстве томятся, как сыр в масле катаются, друг дружкой наслаждаются.

И даже детишки у них пошли. Правда, такие же лодыри, как и их родители, никакой работы знать не хотят, кроме как свои прихоти утолять. Бездельники, одним словом. Так вот и продолжился род коммерсанта колдуна-проходимца и чинуши городничего-мздоимца. Более того, судя по нынешнему положению дел, этот род, так до сих пор и продолжается. Прошёл, проскользнул через все перипетии времён и здравствует поныне.