Три сказки о купцах

– Ну, вот опять ты горячишься,… а тут всё спокойно рассудить надо,… вон давеча Пелагея к тебе заходила, да и навстречу тебе потом попалась,… а ведь это она неспроста здесь ходит,… всё вокруг да около вьётся,… влюбилась она в тебя, словно кошка!… А потому она твой козырь и есть!… И конечно замуж за тебя хочет,… вон вишь, как мается,… аж к тебе, к братову конкуренту, в лавку пришла,… а ведь ранее такого не бывало,… значит, настала пора и влюбилась она!… Так вот ты через неё-то и сможешь её братцу насолить,… возьми её в жёны да делай с ней что хочешь, отводи душу!… Вон она как на Скаврония похожа,… одно лицо,… вот и измывайся над ней как над Скавронием,… хочешь, брани её, на чём свет стоит,… а хочешь, лупи её, как сидорову козу!… Ну а как она тебе надоест, так прогонишь её со двора,… вот и отомстишь тогда,… ведь они с братом невидимой нитью связаны, она будет мучиться, а значит, и он станет страдать… – вполне даже по-философски рассудил приказчик и ехидно улыбнулся.

– Ну, ты и злодей Филимон,… вот так коварный план ты придумал!… Ну и мозг у тебя изворотливый,… до такого даже я бы не догадался,… отомстить обидчику через его сестру, как две капли на него похожую!… Да это первостатейное вероломство,… и ведь что интересно, вполне себе законное,… с женой-то я, что хочу то и сотворю!… И унизить могу, и поколотить,… наказать, коль нерадива, иль артачиться будет!… Уж я найду, чем ей неудобства доставить,… а мне от этого и на душе легче будет!… Наору на Пелагею, а вроде как на самого Скаврония голос поднял!… Ох, и хорошо,… да мне только от одной мысли об этом уже замечательно!… Ну, ты и ловкач, Филимон,… ну и придумал!… – ощутив дикий прилив сил, от столь коварной идеи возликовал Игнат, и тут же принялся прорабатывать план, как всё осуществить.

5

Утро следующего дня было прекрасным. Светило солнышко, на небе ни тучки, ни облачка. Только живи и радуйся. Вот и Пелагея, едва проснувшись, уже возрадовалась новому дню. Ах, бедняжка, она ещё не знала, что над её головой уже нависла тень коварного замысла её обожаемого Игнаши. И первой же её мыслью было скорей увидеть его, пусть украдкой, откуда-нибудь издалека, но непременно увидеть своего строптивого касатика.