Исповедь «иностранного агента». Из СССР в Россию и обратно: путь длиной в пятьдесят лет

Всюду совал нос, ощущая себя то Всеволодом Крестовским, изучавшим петербургскую жизнь трущоб в прошлом веке, то Владимиром Гиляровским. Такая социология мне нравилась.

По отчетам о проданных билетах в главном кинотеатре города, где я беседовал по душам с молоденькой симпатичной бухгалтершей, интерес к советским фильмам оказался настолько выше, чем к западным, американским, что я прикинулся чайником:

– А, может, у вас названия фильмов перепутали?

Девушка охотно объяснила:

– Так все же очень просто! Проданные билеты на зарубежные фильмы мы в отчетах записываем на советские, которые идут у нас в тот же день.

– Это зачем?

– Так директор же! Это во всех кинотеатрах. А мне что? Главное, чтобы сборы за день были указаны точно.

Я смотрел на нее, не находя слов. Вот так буднично и просто совершается должностное преступление. Причем, как она говорит, во всех кинотеатрах! Конечно, это будет в нашем отчете, как рождается большая ложь советской статистики. Нам же врать никто не заказывал! Так, по крайней мере, я думал.

Но в общем анкетный опрос лишь подтвердил, что кино здесь воспринимается исключительно как развлечение, киноклубов или киноклуба здесь отродясь не видывали. Но вот что еще показали анкеты: оказывается, в городе есть, их, правда, мало, таких зрителей, которые видели или знают о таких фильмах, как «Берегись автомобиля», «Председатель», «Андрей Рублев», «Доживем до понедельника» и хотели бы, чтобы таких фильмов было бы больше.

Сразу зачесались руки создать здесь киноклуб.

Но Юра притормозил:

– Давай, в рекомендации. Надо же что-то написать. Так пусть будет хоть что-то умное.

Пришлось согласиться.

Живут здесь, в основном, в частном секторе большими семьями за высокими заборами. Во дворах злые собаки, у причалов – собственные шаланды. Народ промышляет азовской рыбой и парниковыми овощами. Можно сказать, трудовые куркули. Не бедствуют. Их такой локальный социализм вполне устраивает. КПСС в их дела не вмешивается, так что можно жить в провинции у моря…

На стук ворота открываются медленно, через щелку.

Начинается разговор во дворе, потом, оживляясь, постепенно переходит на веранду. Пытаемся понять, довольны ли жизнью, о чем мечты, есть ли жалобы. Спрашиваем, как работа, хороша ли зарплата. Хозяин, его зовут Виктор, он загорелый, пожилой, шутковатый, пожимает плечами:

– Да я с огорода имею больше! А на самом деле грех жаловаться. Лишь бы не было войны.