Римская сага. Битва под Каррами

 – Кстати, в Риме за тобой приходили. Ночью. Претор и стража. Говорят, ты что-то там натворил? Обыскали у меня весь дом. Народу набежало немало, как в праздник Марса. Зеваки, в основном, – в голосе Красса не было и намёка на то, что он винит или подозревает его в произошедшем. – Ты хотел что-то сказать? – со снисходительной интонацией в голосе спросил он.

– Консул, ты был прав… Я… Я хотел бы пойти с тобой, – хрипло произнёс Лаций. Волнение мешало ему говорить. – Если ты возьмёшь меня, конечно… – больше он ничего не мог выдавить из себя.

Марк Красс был для него в этот момент богом. И хотя в душе Лаций прекрасно понимал, что этот седой, худощавый человек никогда в жизни не помогал другим просто так, сейчас он был готов на всё, лишь бы тот взял его с собой.

Красс немного помолчал, внимательно глядя на Лация цепким, колючим взглядом, потом повернулся к ликторам и приказал:

– Дайте легату Лацию Корнелию Сципиону плащ и накидку! – затем добавил, уже обращаясь к нему: – Думаю, всё остальное мы сможем обсудить по дороге.

Сейчас не время.

– Легату? – изумленно пробормотал Лаций. – Но ведь Сенат не назначил меня…

– Здесь я – Сенат! – коротко отрезал Красс. В его глазах снова мелькнула искра возвышенного предназначения и власти, которую Лаций уже несколько раз до этого замечал в Риме, но тогда это были лишь слабые проявления его характера, а теперь Красс чувствовал себя всемогущим. – Ты уже был почти легатом у Цезаря, не так ли?

– Да, консул. Благодарю тебя, – он прижал кулак к груди.

– Принимай седьмой легион. Кстати, там – твои товарищи, – добавил Красс. – Эти… как их?

– Варгонт, Атилла Кроний, Фемистил…

– Да, да, – перебил его консул. – Надеюсь, у тебя было время подумать о моих условиях? – как бы невзначай спросил он.

– Да, было. Я согласен и буду помогать тебе везде и во всём, – твёрдо произнёс Лаций.

– Кто бы спорил… – пробурчал Красс, оставшись один, когда ликторы и Лаций вышли из палатки.

Два дня пролетели незаметно. Недавно построенный каменный причал был больше и надёжнее деревянного.

Лаций неспешно прошёлся по нему с начала до конца, постучал сандалией по плитам и поднялся на корабль. Он ждал последних указаний Красса. Небо было ясным, кое-где виднелись маленькие облака. С моря дул лёгкий ветер. Неожиданно его окликнул караульный у трапа.

– Там какой-то либертус просит тебя, легат, – сказал он. Лаций спустился вниз. Перед ним стоял Икадион – весь в пыли и грязи, со следами пота на лице и плечах.