Мне приснилось детство

Но теперь я его увижу, и мы пойдем по полю рядом, и он никуда не исчезнет.

Первым делом, бросив вещи, побежал к конюшне. Я был почти уверен, что мой друг стоит и смотрит в сторону нашего дома, поджидая меня. Но конюшня была пуста и, такое впечатление, давно необитаема. Одна створка ворот висела перекособочившись на единственной петле, вторая распахнута настежь. Стойла покрыты грязью, пахло застарелым навозом. Я понял, что случилось что-то нехорошее.

Как не странно, но телятник тоже был пуст. Решил проверить свинарник, но там было всё как всегда.

Задорно верезжал молодняк, степенно похаживали по грязи хавроньи, валялись в лужах огромные хряки, облепленные мухами, но совершенно к ним равнодушные. На них был такой слой естественной грязевой защиты, что никакие мухи, даже самые кусачие, были не страшны. «Где же табун?» – стучал в голове вопрос. Ответ на него мог дать только один человек – Толька Кабанов.

Толик бы дома. Встретил меня так, будто мы вчера расстались, не проявив ни радости, ни удивления. Он вообще всегда был таким, по всей видимости, таким и останется.

Единственное проявление эмоций – это довольно равнодушная констатация факта моего появления:

– Молодец, что приехал.

– Толян, где табун, где Привет? – последовал мучавший меня вопрос.

– Табуна больше нет.

– А где же он?

– Председатель решил, что держать телятник и табун не …это! Блин! Слово такое, не русское! – смухортился бывший конюх и вдруг просветлел, неожиданно вспомнив. – Во! Не рентабельно.

– И что же? – я ужаснулся.

– Телят продали в соседний колхоз, табун тоже продали, только кого куда.

– А Привет?

– Не знаю.

– Он хоть живой?

– Надеюсь, да. Вот Весёлого больше нет. У него зимой загнила нога, пришлось усыпить.

– А Буян.

– Буяна сдали на колбасу.

– Неет! – простонал я. – За что?

– За буйный нрав. Когда его приехали забирать, он так отбивался, что долбанул одного мужика копытом. Решение приняли моментально. Так что Буяна, скорее всего, уже съели.

Я вспомнил этого гордого, своенравного, но всё-таки не плохого жеребца.

Как он мне ногу отдавил, как Славку скинул вместе с седлом. Не захотел даваться чужакам. Как это на него похоже! Ведь тогда, когда я пытался его взнуздать, я для него был таким же чужаком.

– А как найти Привета?

– Навряд ли ты его найдешь. Он уже старый, на колбасу не очень годный. Скорее всего, отдали его в какое-нибудь хозяйство, где используют по назначению: телеги с грузом таскает, борону тягает, ну, мало ли что.