Перестройка

Особенно если бог перманентно уклоняется от дискуссии, а подтянутая старая дева с пучком, преподаватель научного атеизма, благосклонна к пылкости, с которой приятный молодой человек отстаивает идеи марксизма-ленинизма. Ну, а если он где-то и демонстрирует незнание этих идей, так она намекнёт, и вот уже смышлёный студент Романов методологически верно громит клерикалов… Зачёт по атеизму. Пятёрка по философии, четвёрка по политэкономии…

Он это сделал! Сессия сдана – ни одного хвоста! Правда, пришлось извиваться ужом и кривить душой, но армия – лучшая школа для ужей! Да и кого подобная изворотливость удивляет в обществе победившего социализма? Тем более что экономика в Стране Советов так тесно переплетена с идеологией.

Ромка вспомнил замполита Пронина и с удивлением отметил, что впервые думает о нём без отвращения и привычной ненависти. Беспринципность, возведённая в принцип, способность гордиться тем, от чего нормальные люди краснеют, и при этом завидная целеустремлённость и железная дисциплина – набор качеств, которые сделали круглолицего и лопоухого Пронина самым молодым майором ракетного полигона и позволили вытащить счастливый билет – направление в академию.

Это был единственный шанс выскользнуть (а не вырваться, ибо вырваться оттуда невозможно) из глухой безнадёги Сары-Шагана, где остающиеся офицеры в тридцать лет становятся похожими на седых стариков с выпадающими зубами.

Майор Пронин – злейший враг сержанта Романова, продавивший решение исключить последнего из комсомола и тем самым перечеркнуть всю его будущую жизнь, на самом деле добился противоположного.

Совместными усилиями замполит с комбатом вбили в молодого сержанта несвойственные ему качества, превратив наивного романтика в изворотливого циника. «Не можешь – научим. Не хочешь – заставим!» Не будь в его жизни двух лет, проведённых в котле, где варились пацаны десятка национальностей Кавказа и Средней Азии, а помешивали Бреславский и Пронин, Ромка скорее всего остался бы мальчиком с чистыми глазами и высокими идеалами, сколь прекрасными, столь и бесполезными. Теперь же это был жёсткий парень, который входил в жизнь, как нож входит в масло. И к чёрту сантименты!

Закончились каникулы. Однако в комнате 1105 этого, похоже, не заметили. Здесь всегда весело и светит солнце. Или это электрическая лампочка? А впрочем, какая разница.

Часть II. СТУДЕНТ

Ромка сидит в читалке. Перед ним раскрытый том «Капитала» Маркса.