Донесённое от обиженных

– Вы, сударь, как грамотный и обходительный, то я смею вас по вашему образованию спросить… Вы как казак лишены через красных земли и спасаетесь?

Байбарин кивнул, и поселянин, сдерживая чувства, договорил:

– Значит, правда отнимают землю у казаков.

Прокл Петрович поправил:

– Не у казаков отнимают, а у всех мало-мальски состоятельных хозяев! Вот у вас сколько десятин?

Мужик с неохотой сказал:

– Что обо мне говорить?.. Ну, сыновей я отделил… и осталось у нас на двоих сорок десятин с небольшим.

«Насколько убавил?» – подумал Байбарин.

– И вы надеетесь, что на вас, двоих едоков, сорок десятин оставят?

Хозяин, не веря казаку, пробормотал не без насмешки:

– И то назвать – богатое имение: сорок-то десятин!.. – ему хотелось переменить тему, и он раскрыл Библию. – Я всё разбираюсь и давно за жизнью слежу по Писанию, – прищурившись, стал читать: – Один овен стоит у реки… с запада шёл козёл и, приблизившись к овну, рассвирепел на него и поразил овна, поверг его на землю и растоптал его, и не было никого, кто мог бы спасти овна от него.

Крестьянин смотрел на Прокла Петровича ясным, уверенным взглядом:

– Таковое видение пророка Даниила. Для нас следовает, что овен – это казак. А козёл – пахарь, к примеру, как я: пришлец из Орловской губернии. Вот и поймите, чья будет победа!

Байбарин старался спрятать волнение:

– А про башкир почему не поясняешь?.. как они голодают…

Мужик презрительно обронил:

– У них зимой от бескормицы лошади, овцы, как мухи, дохнут! И сами башкиры – старики – бывают чуть живы.

Прокл Петрович со строгостью сказал:

– На месте их пастбищ – чужая пашня! – и попросил Библию. Найдя нужное, прочёл: – Горе вам, прибавляющие дом к дому, присоединяющие поле к полю, так что другим не остаётся места, как будто вы одни поселены на земле.

Хозяин взял у гостя книгу, въедливо перечитал, лукаво улыбаясь. Думал: «Видать, было у тебя не менее полтыщи десятин. Притеснял голытьбу, батраков голодом морил, а как отобрали землю – Бога вспомнил! Обличения покаянно на самого себя читаешь – авось Бог простит, и вернётся земелька».

Поутру он потребовал с постояльцев раза в четыре больше, чем, с учётом дороговизны, прикидывал Байбарин. Тот хмыкнул:

– Я ожидал – втрое запросишь, а ты похлеще хват! Таких денег не дам!

Поселянин не удивился. Глянул на своего батрака, что возле хлева точил вилы, кивнул на закрытые ворота.

– Не отопру! Хотите – перелезайте и идите пешком жаловаться вашим.