Бабочки на крутых ступенях

Однако в последнее время ему показалось, будто я недостаточно усерден в работе и Эхекатль стал угрожать, что передаст меня жрецам, и меня принесут в жертву во время очередного праздника.

– Что же стало с твоими родителями? – спросила Китлалполь.

– Они давно умерли, – сказал юноша.

– И что же с тобой теперь делать? – спросил Олонтетль. – Твоё присутствие в этом доме может навредить хозяевам.

– Не гоните меня! – жалобно попросил Мекатли.

– Проси хозяйку. Может она что-нибудь придумает, – сказал Олонтетль.

– Я мог бы служить тебе, добрая женщина, – обратившись к Китлалполь, сказал раб.

– У меня достаточно рабов, а про тебя рано или поздно узнает Эхекатль, даже если ты не станешь выходить из дома, – ответила Китлалполь.

– Тогда я мог бы служить тебе, жрец, – сказал раб Олонтетлю и попросил:

– Только, если это возможно, не поручай мне быть рядом с тобой, если ты снова займёшься человеческими жертвоприношениями.

– Нет. Как только Эхекатль узнает, что ты служишь в храме Кетцалькоатля, он тут же сообщит об этом Чимолли, а тот повелит мне самому вырвать у тебя сердце, – сказал Олонтетль.

Мекатли вздрогнул, затравленно посмотрел на жреца и спросил:

– Неужели нельзя меня спасти иным способом? Я слышал, что если я предстану перед взором правителя ацтеков, то, согласно обычаю, обрету свободу.

– Мой муж может попытаться провести Мекатли к самому правителю ацтеков, и беглый раб предстанет перед его взором, – предложила Китлалполь.

– Я не уверен, что твой муж сможет провести во дворец Мотекусомы беглого раба. И этот обычай, скорее, напоминает сказку. Я ни разу не встречал беглого раба, который побывал бы перед очами самого правителя ацтеков. Да и до Теночтитлана ещё надо добраться. А если сейчас начнётся война, Текалотлю будет не до этого раба, – заметил Олонтетль.

– Возможно, есть более простой способ помочь несчастному, – проговорила старая Коаксок, стоявшая позади жреца и хозяйки дома. – Выкупите его у Эхекатля.

– Эхекатль запросит большой выкуп, – покачал головой Олонтетль. – Мы встретили его недавно на улице, когда он гнался за Мекатли. Он разъярён и сделает всё, чтобы изловить беглеца и передать его в храм для жертвоприношения.

Послышались голоса. В дом вернулись рабы и слуги.