Связистка

Рассказал он мне, что был летчиком в звании старшего лейтенанта. Родом из Москвы. Сказал, что полюбил меня и не отстанет, пока я с ним дружить не соглашусь. Так и тянулось все лето. Вот только не понравился мне он. Я его избегала. Нарочно подговаривала ребят со школы, чтобы они ходили со мной. А он все никак не отставал. В августе мы кончили школу. Я ему не сказала, что мы с Шурой едем в Уразово. Не прошло и месяца, как он написал мне письмо. Ругал меня, что я ему не сказала. Мол, пошел бы он к директору и попросил бы разрешения остаться в Курске.

Женился бы на мне.

А я была совсем еще девчонкой и не думала об этом всерьез. Но для семьи он был бы очень подходящий. Ухаживал за мной. Ценил меня. Писал мне целых два года. Я несколько раз переезжала с квартиры на квартиру, а он всегда разыскивал меня и писал.

Но я по-прежнему не думала о замужестве. Во-первых, у меня не было одежды и обуви. К первому мая я стояла в очереди целых два дня, а когда наконец подошла моя, 39-го размера уже не было, и я осталась опять без туфель.

Берегла свои брезентовые. До блеска начищала их гуталином. Берегла я и свое единственное маркизетовое платье, которое купила еще в Курске. В те годы было очень трудно с материалом. Невеста я была бедная, потому замуж и не стремилась.

Уж очень мне хотелось одеться покрасивее. А как-то раз пришел к нам на телеграф бухгалтер Заготзерно (Всесоюзная контора по заготовке и сбыту зерна). Он случайно подслушал, как я просила нашу телефонистку, Бондаренко Марусю, привезти мне туфли из Харькова.

Подходит к окну этот бухгалтер. Я приняла телеграмму и выдала ему квитанцию, а он мне и говорит: «Знаете, а я еду в Харьков. Могу помочь вам с туфлями». Я так обрадовалась, что совсем голову потеряла. А он говорит, мол, давайте мне деньги и пишите, какие туфли вам нужны. Я ему 200 рублей и отдала.

Прошло пять дней. От бухгалтера нет вестей. Позвонила я в Заготзерно и спрашиваю:

– Скажите, пожалуйста, ваш бухгалтер Акунин уже вернулся из Харькова?

– А он никуда и не ездил, – отвечают мне на том конце.

Я испугалась, но промолчала. На второй день я пошла в Заготзерно. Увидела Акунина и спрашиваю, купил ли он мне туфли. На что он мне отвечает, мол, поеду скоро и куплю. А когда я стала требовать деньги назад, и вовсе сказал:

– Знаете, барышня… Вы меня извините, но деньги ваши я уже потратил. Отдам, как будет получка.