Литературное наследие. Книга 2

В такие дни мы знали, что вечером мама приготовит вкусное грибное жаркое с картофельным пюре. Бегая по улице, с нетерпением ждали возвращения грибников. Уже совсем измотавшись в ожидании тети Нюси с гостями, мы усаживались на нашу лавочку со спелыми подсолнухами. Подолгу сидели, вели оживленный разговор об уходящем лете. Вдруг бежит к нам мой дружок Володя Григорьев с соседней улицы и кричит: – Игорь, там все твои идут, несут полные корзины грибов, бегите их встречать! Опрометью бежим, встречаем грибников на берегу пруда.

Они присели в лодочки отдохнуть, о чем-то оживленно разговаривали. Нашей радости нет конца. Тетя Нюся подает нам букетик душистой земляники. Так всегда она встречала детей, возвращаясь из леса. Вечная ей наша святая живая Память, очень доброму человеку!

Дни отпуска и отдыха брата пролетели очень быстро. А нам, детям, еще хотелось побыть всем вместе на лесной полянке Шувалова, походить с Борисом в магазин на гору за конфетами «ирисками» к тете Тане из сельпо. Все когда-то кончается, только детство не воспринимает это как закон жизни.

Нам всегда казалось, что хорошее в детстве не кончается, а живет постоянно в наших душах, сердцах. Безжалостное колесо времени подошло и к нашему дому. В один из дней второй половине августа, мы всей семьей провожали гостей из далекого города Львова. Как потом оказалось, это была наша последняя встреча с Лидой и нашей красивой девочкой-племянницей Маринкой. Шел 1960-й год. В конце этого года брат написал маме в письме, что Алида не хочет жить в военном гарнизоне Львова, выражает желание поехать в Москву, пожить там у своей родной тети, та не против. Переписка с Борисом стала затихать, мама сильно разволновалась, не находила себе места для успокоения. Её волнение передалось и нам, детям. Родители никак не могли повлиять на решение Алиды. Вскоре Борис сообщает, что он выходит в отставку и едет жить к старшему брату Дмитрию в город Ставрополь. Все, военная «карьера» брата бесславно закончилась, начинаются его гражданские мытарства по налаживанию новой, неведомой жизни. Мама разрывалась в догадках – как это так, сын едет в одну сторону, а Алида в другую. Через год, зимой 1962 года, без предварительного сообщения к нам в Заводоуспенку приезжает Борис, без всяких вещей – в демисезонном пальто, костюме и, с легкой поклажей, маленького чемоданчика. С порога ничего не объясняет родителям. Мама засуетилась на кухне собирать обед, в тайне от нас вытирала слезы, отец хмуро разгадывает выражение лица блудного сына.