Дневник еврея. Поэма

И как-то утром, как всегда,

Я вскипятил нам чайник,

Старушка не пришла тогда,

Не встретил в умывальне.

Не встретил в кухне за столом,

В саду, гостиной тоже,

Прошел я в спальню на втором

По лестнице с прихожей.

Я в дверь негромко постучал,

А там за нею тихо,

Ее по имени позвал

И сердце бьется лихо.

Устал я ждать и к ней зашёл,

Она лежит, не дышит,

Я пульс потрогать подошёл,

И чуть шептал,  не слышит.

Я понял, больше ее нет,

Как и отца со мною

И лица белый ее цвет

Я приложил губою.

«Ты спи, моя подруга дней,

Иди на встречу с сыном,

Приобними его скорей

И поклонись святыням».

Мне довелось ее хранить,

Я сделал это с честью,

Могилу  мне пришлось разрыть

И прикопать под жестью.

За домом, где свел муравьев,

Чуть сбоку от фасада.

Под пенье звонких соловьев

Ее большого сада.

Когда закапывал, я знал,

Ее душа покойна,

И слез пред ней не проливал

И мне теперь спокойно.

Я дал себе недели две,

На сборы и маршруты,

Чтобы отправиться к семьею

Бежать от этой смуты.

Я разыщу тебя, ты знай,

Любимая ты, Мама,

Приеду, ты меня признай

Ох, встреча, будет драма.

Я карту бабкину нашёл,

Построил путь, маршруты,

Места, где б реку перешел,

Вмиг вывел за минуты,

Что пригодятся мне в пути

К семье, родным и близким

До Лондона буду идти

Маршрут будет тернистым.

И вот настал мой вечер икс,

Покинул дом старушки,

Создал себе идею фикс,

Пройти я вброд речушки.

На улице совсем темно,

Бесшумно и уныло,

Народ боится уж давно

Гонений,  что накрыло.

Я тенью двигался вдоль стен,

От звуков замирая,

Словно витринный манекен

себя тьмой накрывая

Проворно, знаю, что к реке

За коей будет поле

Спасение на той стороне,

Рубеж к свободе, воля.

Крадусь, и вижу тень солдат,

Что движутся на встречу

И явно встречи я не рад,

И что я им отвечу.

Когда вопросы зададут:

Кто я? И что блуждаю?

Возможно, сразу изорвут,

Евреем коль признают.