Тайны космонавтики

Один из основоположников современной ракетной техники Герман Оберт

А в 1937 году, спустя два года после смерти Циолковского, в нацистской Германии, руководители которой мнили себя будущими хозяевами мира, стартовала крупномасштабная ракетная программа. Для этого на балтийском побережье в Пенемюнде создаются конструкторское бюро и ракетный полигон под руководством теперь уже генерала Вальтера Дорнбергера. Ведущим специалистом в Пенемюнде стал дослужившийся до штурмбаннфюрера СС Вернер фон Браун.

Уже после войны Дорнбергер, будучи научным консультантом фирмы Bell Aircraft Corporation, оправдываясь за сотрудничество с нацистами, пафосно скажет: «Ни одно частное лицо или государственное учреждение не могло позволить себе трату миллионов марок на создание больших ракет, если это ограничивалось бы исключительно интересами чистой науки. Перед человечеством, согласным на любые затраты, была поставлена задача решить великую цель и сделать в этом отношении первый практический шаг.

И мы открыли дверь в будущее…»

И снова на первом этапе немцев поджидали неудачи – ракета «А-3» длиной 6,7 м, снабженная кислородно-спиртовым двигателем с расчетной тягой 1450 кг, в декабре 1937 года не взлетела ни разу. Три попытки запуска закончились провалом – ракеты либо неожиданно взрывались, либо сваливались во вращение и разрушались. Дорнбергер понимал, что если так пойдет дальше, то Берлин просто закроет финансирование программы. Но в 1938 году модифицированная ракета «А-5» была успешно запущена, достигнув высоты 1 км.

Программа была продолжена, и к началу Второй мировой войны команда фон Брауна приступила к работе над ракетой «А-4», которая позднее была названа «ФАУ-2» и стала прообразом космических ракет. Но в начале 40-х главной задачей «Фау-2» было поражение удаленных вражеских целей.

3 октября 1942 года «ФАУ-2» была успешно запущена, при этом высота полета достигла 80 км. В июле 1943 года Дорнбергер и фон Браун доложили Адольфу Гитлеру о новой ракете, показав фильм об эффектном октябрьском запуске.

Однако ракета оставалась по-прежнему очень сложным механизмом, дорогим в производстве и непростым в управлении. Рейхсминистр вооружений и боеприпасов Альберт Шпеер с энтузиазмом отнесся к «ФАУ-2», но все же сомневался в ее полезности в условиях войны. Решающее слово оставалось за фюрером, и в конце концов Гитлер приказал начать производство ракеты.