Записки странствующего журналиста. От Донбасса до Амазонки

В Грозном можно увидеть плакаты с изображением двух девушек: одна в платке на фоне мечети, другая с распущенными волосами на фоне пропасти. Правоверная мусульманка обращается к отступнице: «Я чеченка – и горжусь этим. Поддерживаю традиции нации. А кто ты? Твое одеяние оскверняет образ чеченки».

Женщинам-служащим государственных учреждений запрещено появляться на работе с непокрытой головой. Тот же запрет распространяется и на учащихся. По сути, в Чечне де-факто действует «полиция нравов» – гвардейцы Кадырова следят, чтобы женщины ходили в платках, а мужчины не отпускали длинные волосы.

Сейчас на улицах чеченских городов уже не встретишь неправильно одетую девушку или патлатого парня, но вот мусорить люди не перестали. И с этим тоже борются. Так, на мечетях можно увидеть надписи: «За мусор – штраф и физическое наказание!».

Такие примеры можно множить до бесконечности, но их и так достаточно много в прессе. Очевидно, что сегодня в Чечне создано исламское государство, сравнимое по своей одиозности лишь с ИГИЛ.

Попробую описать что-то менее очевидное.

Во-первых, в Чечне образовано не просто исламское, а единственное государство суфийского ислама. Рамзан Кадыров подчеркивает, что только суфийский ислам верный, а фундаменталисты, по его мнению, шайтаны. Суфизм (дословно «суф» – это шерсть, так как суфии предпочитают грубые шерстяные накидки) – мистическое направление ислама. Суфии пытаются достичь Бога с помощью персонального опыта и медитации, во многом очень похожей на ту, что используют буддисты и йоги.

Особое значение в суфизме имеет зикр – специальная духовная практика, заключающаяся в многократном прославлении Бога.

С точки зрения фундаменталистов (их еще в бывшем СССР часто называют «ваххабитами»), и зикр, и многие другие суфийские обряды являются страшной ересью, а суфии – язычниками. В Чечне издавна распространен суфийский ислам, но с началом войны после приезда добровольцев из арабских стран стала очень быстро распространяться фундаменталистская версия ислама.

После окончания первой чеченской войны разногласия между суфиями и ваххабитами дошли до прямых вооруженных столкновений.

Я был хорошо знаком с отцом Рамзана Ахметом Кадыровым; он производил на меня впечатление недалекого и грубоватого, но честного человека. Когда мы с ним общались, то он был муфтием Чечни-Ичкерии и на чем свет клеймил русских оккупантов.

Поэтому я был просто поражен, когда он перешел на сторону Кремля.