Незаметные истории, или Путешествие на блошиный рынок (Записки дилетантов)

, 2004; Лоуэнталь Д. Прошлое – чужая страна. СПб., 2004; Рикер П. Память, история, забвение. М., 2004; Хальбвакс М. Социальные рамки памяти. М., 2007; Ассман А. Длинная тень прошлого: Мемориальная культура и историческая политика. М., 2014; Она же. Новое недовольство мемориальной культурой. М., 2016; Она же. Распалась связь времен? Взлет и падение темпорального режима Модерна. М., 2017; Она же. Забвение истории – одержимость историей. М., 2019; Markowitsch H. J., Welzer H. Das autobiographische Ged?chtnis.

Hirnorganische Grundlagen und biosoziale Entwicklung. Stuttgart, 2005.] и исторической политики[79 - О современном состоянии этого феномена см.: Копосов Н. Память строгого режима: История и политика в России. М., 2011; Историческая политика в XXI веке: Сб. статей / Под ред. А. Миллера и М. Липман. М., 2012; Эппле Н. Неудобное прошлое: Память о государственных преступлениях в России и других странах. М., 2020; Курилла И. Битва за прошлое: Как политика меняет историю. М., 2022; Koposov N. Memory Laws, Memory Wars: The Politics of the Past in Europa and Russia. Cambridge, 2018.], рассказа, образа и репрезентаций как замещения вещи в словесном[80 - См.: Фуко М. Слова и вещи: Археология гуманитарных наук. СПб., 1994; Рикер П. Время и рассказ. М.; СПб., 2000; Уайт Х. Метаистория: Историческое воображение в Европе XIX века. Екатеринбург, 2002; Анкерсмит Ф. Нарративная логика: Семантический анализ языка историков. М., 2003; Он же. История и тропология: взлет и падение метафоры. М., 2009; Он же. Политическая репрезентация. М., 2012; Plato A. von. Zeitzeugen und die historische Zunft. Erinnerung, kommunikative Tradierung und kollektives Ged?chtnis in der qualitativen Geschichtswissenschaft – ein Problemaufriss // BIOS. 2000. № 13. H. 1.] или визуальном образе[81 - См.: Баксендолл М. Узоры интенции: Об историческом толковании картин. М., 2003; Панофски Э. Этюды по иконологии. СПб., 2009; Burke P. Eyewitnessing: The Uses of Images as Historical Evidence. London, 2001.]. Для понимания обращения и взаимодействия человека с вещественной средой важны не только предметы как «вещи в себе». Не менее важны представления о них, демонстрация и образ вещей в человеческом поступке, слове и изображении. Не следует забывать, что не жизнь определяет форму ее репрезентации в тексте, а, напротив, избранная форма повествования оказывает определяющую роль в оценке событий и опыта.