Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение

Треть года они разъезжали по всему миру, собирая деньга для Фонда, читая лекции и покупая животных, вторую треть они проводили на юге Франции, а последнюю – в Джерсейском зоопарке. И нигде ДМД не изменял своим сложившимся правилам – просыпался с банкой пива и засыпал с бокалом бренди. Никаких возражений он не принимал:

– Мой доктор говорит, что проблем нет, добавляя, что я не заслужил такого замечательного сердца, печени и состояния здоровья, – постоянно повторял он. (Что еще, совершенно противоположное, говорил его доктор, я напишу позднее со своими комментариями).

Ли пришлось с этим смириться. Но другого Даррелла она вообще не знала, может, именно это упростило ситуацию?

Джеральд очень гордился своей молодой женой (и красотой, и умом, и профессиональной подготовкой) и не переставал удивляться своему счастью. Хотя он редко судил людей по ученым степеням (это было его больное место в течение всей жизни), для Ли он сделал исключение. И очень высоко оценивал ее диссертационную работу: так, словно это была его собственная, постоянно поддерживал и помогал ей во всех научных аспектах.

В одном отношении Ли оказалась близка к совершенству. Никаких поводов к ревности. И это было очень правильно, так как женившись на столь молодой женщине, Джеральд реально терзался сомнениями, насколько долго его хватит. Особенно они усиливались, когда он видел ее в обществе молодых мужчин, например, в процессе съемок их же документальных фильмов. Несколько раз эти сомнения выливались во вспышки неконтролируемой ярости и ревности.

Потом успокаивался и даже иногда извинялся. И постоянно повторял ей свои мантры о любви и преданности.

Его квартира в поместье Огр претерпела серьезные изменения после того, как в нее въехала новая хозяйка. Сломали стену, разделявшую две небольшие комнаты, и получилась просторная, светлая гостиная, украшенная коврами. Вклад Джеральда в обстановку квартиры ограничился его книгами, которые занимали две стены в гостиной.

Здесь же Ли поместила коллекцию скульптур, посвященную животным. Эти статуэтки были привезены из самых разных стран и изготовлены практически изо всех известных человеку материалов – от глины и дерева до стекла и железа.

Но стиль жизни оставался почти прежним. В гостиной Джеральд постоянно принимал журналистов, зоологов, директоров зоопарков, биологов, специалистов по охране окружающей среды, архитекторов, издателей. Дом Дарреллов остался открытым.