Собор у моря

Видишь, что получается: ты выучишься в школе, а я буду чистить лошадей и выслушивать оскорбления.

Некоторое время оба молчали, загребая ногами песок и глядя на море.

– Воспользуйся этим случаем, Жоан, воспользуйся, – неожиданно сказал ему Арнау, повторяя слова, которые слышал от Берната.

И Жоан пошел на занятия. Он приступил к учебе, и в тот же день священник, который был учителем, при всех поприветствовал нового ученика. Жоан ощутил приятное волнение, чувствуя, как одноклассники рассматривают его.

Эх, если бы мама была жива! Он бы побежал к ней, присел на ящик и рассказал бы, как его встретили в школе. Когда учитель объявил, что он, Жоан, – самый лучший его помощник, все на него посмотрели. Никогда еще он не был лучшим ни в чем!

Тем вечером Жоан возвращался домой довольный собой. Пере и Мариона слушали мальчика, мечтательно улыбаясь, и просили его повторить слова учителя, однако Жоана хватало лишь на жесты и восклицания…

Когда пришли Арнау и Бернат, все трое повернулись к двери.

Жоан хотел побежать к ним навстречу, но хмурое лицо брата остановило его. Было заметно, что Арнау плакал, и Бернат, который держал руку на плече сына, не переставал прижимать его к себе.

– Что случилось? – спросила Мариона, подходя к Арнау, чтобы обнять его.

Но Бернат остановил ее жестом.

– Нужно потерпеть, – сказал он, не обращаясь ни к кому конкретно.

Жоан пытался поймать взгляд брата, но Арнау смотрел на Мариону.

И они продолжали терпеть.

Томас, стремянный, не смел уязвлять Берната, но он тайком проделывал это с Арнау.

– Он ищет столкновения, сынок, – пытался успокоить его Бернат, когда Арнау снова начинал возмущаться несправедливостью стремянного. – Мы не должны попасться в ловушку.

– Но ведь нельзя терпеть всю жизнь, отец, – пожаловался однажды Арнау.

– А мы и не будем. Я слышал, что Жезус уже предупреждал его несколько раз. Томас не хочет работать как следует, и Жезус это знает.

Лошади, за которыми ухаживает Томас, слишком беспокойные: они брыкаются и кусаются. Уже недолго ждать, сынок, недолго.

Как и предвидел Бернат, события не заставили себя ждать.

Баронесса вознамерилась научить детей Грау верховой езде. То, что этого не умел Грау, было допустимо, но юноши обязаны были хорошо держаться в седле. Поэтому несколько раз в неделю, когда у детей заканчивались занятия, они отправлялись за город.