Собор у моря

Арнау не раздумывая бросился к ней.

– Сударыня, – спросил он, когда она ступила на мостовую, – что это за церковь?

– Святого Михаила, – на ходу ответила женщина.

Арнау вздохнул. Теперь – святой Михаил…

– А где еще другая церковь? – вмешался Жоанет, увидев, как помрачнело лицо товарища.

– В конце этой улицы.

– А что это за церковь? – осведомился малыш, привлекая внимание женщины к себе.

– Церковь Святых Жуста и Пасто?ра. А почему это вас так интересует?

Дети не ответили и, опустив головы, пошли прочь от женщины, которая продолжала смотреть на них.

– Все церкви мужские! – с горечью воскликнул Арнау. – Нужно найти женскую церковь. Наверняка там будет Дева Мария.

Жоанет продолжал идти, о чем-то думая.

– Я знаю одно место… – вымолвил он наконец. – Это женская церковь. Она находится в самом конце городской стены, рядом с морем. Ее называют… – Жоанет силился вспомнить, – церковь Святой Клары.

– Но это тоже не Святая Дева.

– Но зато женщина.

Значит, твоя мать будет где-то рядом с ней.

Они спустились по улице Сьютат до Морских ворот и оказались у древнеримской городской стены, возле замка Регомир, откуда начиналась дорога к монастырю Святой Клары. Этот монастырь закрывал собой новую городскую стену в ее восточной части, расположенной у самого моря. Обогнув замок Регомир, мальчики повернули налево и двигались вперед, пока не достигли Морской улицы, протянувшейся от площади Блат до церкви Святой Марии у Моря.

Здесь улица расходилась на несколько маленьких улочек, которые параллельно друг другу вели к морю. Затем, пройдя через площадь Борн и площадь Льюль, дети вышли на улицу Санта-Клара и вскоре добрались до одноименного монастыря.

Несмотря на горячее желание поскорее найти церковь, оба не устояли перед тем, чтобы задержаться у лавок ювелиров, расположенных по обеим сторонам Морской улицы.

Барселона была богатым, процветающим городом, и подтверждением этому служили многочисленные дорогостоящие предметы, выставленные в этих лавках: серебряная посуда, кувшины и стаканы из драгоценных металлов, инкрустированные драгоценными камнями ожерелья, браслеты и кольца, сверкавшие в лучах летнего солнца, дорогие ремни, бесконечное количество произведений искусства.

Арнау и Жоанет словно зачарованные смотрели на всю эту роскошь, пока хозяева не отгоняли их – иногда криками, а порой и подзатыльниками.