Я бил «сталинских соколов». Лучший финский ас Второй Мировой

Но тогда я подумал, что люди в самолете могут застрелить меня из пулемета. Поэтому я не стал стрелять, а дождался остальных».

Мой истребитель стоял всего в 100 метрах от здания, и большой опознавательный знак на фюзеляже был отчетливо виден. Однако, похоже, опознание самолетов не было самой сильной стороной бойцов национальной гвардии! По какой-то непонятной причине они решили, что мой истребитель – это вражеский бомбардировщик, который сел на их берегу. Мы запустили мотор. Одна старушка попросила: «Пожалуйста, добрый человек, не летай там, они наверняка тебя убьют».

Вот так я вернулся назад на свою базу в Иммола. Один из наших пилотов, сержант Тилли, также совершил вынужденную посадку на одном из передовых аэродромов, так как у него кончилось топливо. Заправившись, он тоже вернулся домой.

Начиная с этого дня мы были уверены, что нас ждет множество воздушных боев, так как напряженность воздушной войны стремительно нарастала. Бои шли с рассвета и до заката, наши самолеты поднимались в воздух, как только их заправляли и перевооружали.

Вся «зимняя война» прошла для нас именно так. Мы жили сегодняшним днем и радовались, когда вечером были живы. Для нас стало привычкой вечером отправляться в сауну, а утром подниматься в небо.

Вяртсиля

Оглядываясь назад, на «зимнюю войну», я понимаю, что мы постоянно жили под грозовой тучей.

На Рождество был сформирован отряд Луукканена, так как из первого звена в наше передали пару истребителей.

После этого мы взлетели звеном в составе 10 «Фоккеров» и направились на авиабазу Вяртсиля. Предполагалось, что временный отряд просуществует полтора дня. Однако это «временно» протянулось полтора месяца. Он все еще существовал, когда я вернулся 4 февраля.

Из Вяртсиля мы летали на разведку, штурмовали вражеские позиции, а также вели привычное патрулирование. Вечером дня на Рождество наши пилоты Кархунен и Вуоримаа сбили 4 вражеских самолета над Корпилахти.

Погода была исключительно холодной.

Температура падала до –45 градусов по Цельсию, а в среднем держалась около –30 градусов. Изменился даже звук наших моторов, он был такой, словно самолеты пробивались сквозь твердый лед.

Во время одного из разведывательных полетов я был ведомым Луукканена и мы пролетали над районом Тулемаярви чуть позади старой границы. На льду замерзшего лесного озера мы обнаружили вражеский аэродром, о котором даже не подозревали.