Клюквенники. Записки опера антикварного отдела

Посмотрите на Павленского с прибитыми к брусчатке причиндалами. Свобода самовыражения, блин. Это когда главное, что бабло капает, и никаких мутных разговоров о духовности.

И еще о «Часах Патриарха». Эти призывы к суровому аскетизму, озвучиваемые мелкими стервятниками, как-то не совсем понятны. Патриарх является лидером одной из самых могущественных и богатых религиозных конфессий в мире. Стыдно ему прикидываться бедным и гонимым, ходить в рванье и ездить на инвалидной коляске.

И охрана, и вещи должны соответствовать, и транспорт. Иначе просто не поймут. Хоть и почитает Христова Вера нищих, но люди в основной массе своей их никогда не примут и за ними не пойдут.

Вон, посмотрите на Папу Римского. И посоветуйте ему быть поскромнее, устроить в Ватикане приют для бедных нищих и собак с кошечками.

А вообще, ныне народ, который не строит свои церкви, рано или поздно будет строить ваххабистские мечети и сараи свидетелей Иеговы. А кто не кормит православного батюшку, будет кормить проповедника ИГИЛ…

Глава 6

Кровавая гебня

Вечная проблема у оперуполномоченного – как войти в квартиру с обыском.

Профессиональные жулики при словах «откройте, полиция» или пытаются выпрыгнуть в окно, если архитектура и этажность здания позволяет, или баррикадируются, чтобы получить возможность выгадать время и уничтожить вещественные доказательства.

Стоим мы в раздумьях перед металлической дверью, за которой притаился заслуженный контрабандист России и США, эмигрант из России перестроечной волны.

Четвертый этаж московской пятиэтажки на окраине Москвы.

Понятно, что контрабандист по своей воле нам сразу не откроет. Он весь такой маниакально мнительный, с большим приветом в голове. Да еще и отличался буйным и подозрительным нравом. Ходили анекдотичные слухи, что однажды он, прознав о том, что его дама зажигает с его соперником, поднялся по пожарной лестнице на пятый этаж, ввалился Бэтменом через балкон в квартиру подруги и навешал всем знатных люлей.

Так что клиент сильно беспокойный.

Вызвали мы местных патрульных. Верзила в полицейской форме и бронежилете, с автоматом на плече, звонит в дверь:

– Полиция! Откройте! Граждане сообщили, что у вас из квартиры доносятся крики.

И тут начинается милый ушам одесский базар:

– У меня-таки крики? У меня нет никаких криков.