Мутное время. Записки советского офицера

Передвигались мы в «партикулярном платье», то есть в гражданской одежде, с надёжно спрятанным табельным оружием. Внимание к себе старались не привлекать. Маршрут был отработанный. И вот мы в раздолбанной, подскакивающей на ухабах, маршрутной «Газели». Смотрим на едущих в столицу солидных аксакалов, тупящих глаза женщин. Напротив меня сидит худенький парнишка лет восемнадцати в шапочке и самозабвенно листает карманный «Коран», шепча под нос суры.

Едва мы добираемся до здания министерства, как там звучит тревога.

Все суетятся, бегают.

– Расстрел! – только и слышим мы.

Ну, тут это дело нередкое, точнее постоянное. К расстрелам мы уже привыкли.

– Кого уложили? – спрашиваю заместителя начальника угрозыска.

– Машину из мобильного отряда расстреляли! В Карабулаке.

Какой-то холод внутри меня – он ползёт по телу, сковывая его.

– Что за машина? – пытаюсь уточнить я.

– Да не знаю ничего! Поехали, увидим!

Окраина Карабулака. Улица перегорожена бронетехникой местного ОМОНа и мобильного отряда.

Перед милицейским оцеплением скопилась толпа народа – сосредоточенного, угрюмого. Какой-то дед зло кричит:

– Надоели эти террористы! Этих хулиганов расстреливать надо! Нет порядка!

А на обочине наша «таблетка». Вся похожа на дуршлаг – в пулевых отверстиях. Позже криминалисты насчитают их больше полусотни штук – тютелька в тютельку высадили два рожка из автоматов Калашникова. В кабине лежит тело водителя Паши – какое-то несуразно переломанное, напоминающее повреждённую куклу, тоже всё продырявленное, в крови.

В салоне ещё одно изрубленное автоматными пулями тело – врача отряда Сергея Коногова. А рядом стоит ехавший на этой машине Эдик – оперативник УБЭП из Удмуртии. На нём ни царапинки. Он белый, как полотно, и пошатывается, будто пьяный.

– Только выехали на трассу, – сбивчиво объясняет он. – И пошла на обгон белая «девятка». Поравнялись с нами – и оттуда давай по нам из окон шмалять без остановки. Пашка, как началась стрельба, по тормозам врезал – думал, «девятка» вперёд проскочит, и гады промахнутся.

Не тут-то было. Все пули в цель легли. Как наша машина тормозить стала, я от толчка на пол полетел. А когда всё кончилось, выскочил с автоматом из машины. Но это чёртова «девятка» уже далеко ушла – стрелять бесполезно было.

Оперативник прекрасно понимал, что это резкое торможение и его падение на пол спасли ему жизнь. Все пули, дырявившие борта «таблетки», прошли в считанных сантиметрах над ним. И ни одна даже не задела.