Спецслужба Императрицы. Альтернативная история

Таня настроила прицел и долго тренировалась смотреть в него, чтобы не было полулунных теней. Мишень закрепили на дистанции в двести аршин. Первым же выстрелом Таня попала в круг, в шестёрку на девять часов.

– Неплохо, барышня! – похвалил Ковальчук, – Долго не цельтесь, глаз устанет. Как бы, на три счёта: на раз – вдохнула ветру, увидела цель, навела. На два – задержала дыханье, выбрала точку, на три – выдохнула и стрельнула.

Таня последовала сим советам – и стало получаться! Через два часа она уже уверенно клала пули в трёхвершковую восьмёрку, даже и в девятку трижды умудрилась попасть.

Вечером, раздеваясь перед сном, заметила изрядный синяк на плече.

«От отдачи!»

Наблюдатель, просидевший на чердаке Киреевского дома три дня, сообщил, что ставни во флигеле открывают с восходом, но на окнах плотные занавески. Объект большую часть дня сидит дома, лишь изредка выходит в сад погулять полчасика. Но сад с чердака большей частью не виден.

«Значит, через окно не достать… и в саду тоже.

Ждать, когда она на улицу выйдет? Но это даже не каждый день случается. Что же делать?» – скрипел мозгами полковник.

Решение подсказал агент Волбин:

– Приманка потребна, ваше высокоблагородие. Как на охоте: овцу подложить, да и засесть в засаде. Волк учует, да и подойдёт. Тут-то его пулька и срежет!

– Спасибо, братец, да только какую овцу придумать?

– А ежели, скажем, деньги?

И Таню ещё до рассвета разместили на чердаке с Берданой №2, заряженной разрывной пулей, а агент Семёнов раскидал у крыльца флигеля сотни три монет, в основном двугривенных и полтинников, а также сотню рублёвок и трёшек.

Не просто так раскидал, а пространно, чтобы сразу не собрать, а много раз наклоняться. Часть денег была выпачкана дёгтем, чтобы ещё больше задержать тех, кто будет поднимать. Кроме денег, на снегу лежала также открытка с Немезидой.

Медленно, как мёд из горшка, закапали минуты. Таня удобно устроилась на нашедшейся на чердаке табуретке. Винтовка лежала на свёрнутом в рулон старом ковре, так что прицелиться можно было без промедления.

Прошёл час. Начали зябнуть ноги и руки. Таня сняла перчатку и засунула руку в муфту. Агент Волбин, выполняющий функцию оруженосца, прошелестел:

– Внимание!

Дверь флигеля открылась, и на крыльцо вышла кухарка.

– Охти, люди добрые! – завопила она, всплеснув руками при виде рассыпанного по двору богатства.

На крик выскочил сожитель Марго, Кочетов. За ним ещё двое мужчин в одних рубашках.