Петля. Тoм 1

Ты должен ей гордиться, бесенок!

– Да… горжусь…– теперь мальчик совсем опускает голову, уставившись в пол, – Я ее тоже немного знал… – произносит это старательно ровным и спокойным тоном, чтобы даже случайно в столь простой фразе не затесалась обида, злость или сарказм, и чтобы слова «немного знал» были лишь тем, чем они были на самом деле – скупым изложением факта, не подразумевавшим под собой ни тоску, ни горечь, ни неоправдавшуюся надежду, ни все те часы, что он провел, разглядывая ее фотографию, читая ее письма, ни даже то сладостное упоение снами, в которых она непременно являлась ему в образе некой потусторонней богини… Богини победы.

– Ладно, бесенок… Позволь я все-таки взгляну на твоего отца. Может, мне удастся его растормошить, – говорит гость.

Немного подумав, мальчик отступает в сторону, пропуская его внутрь дома. Тот топчется в прихожей, осматривается и, разглядев во тьме топчан с лежащим на нем индейцем, бросается прямиком к нему.

– Здорово, Хок. Ну, как ты? – и уже через пару секунд, надрывно и взволновано:

– Хок, ты слышишь меня? Хок, ну давай ответь, – призывает гость, легонько похлестывая отца по щекам.

Мальчик запирает входную дверь, возвращается к столу, садится, положив ружье рядом с собой на столешницу – так, на всякий случай… Потом склоняется к своей книге, пробует вновь сосредоточиться на чтении…

– Давно он так лежит? – спрашивает гость.

– С тех пор, как вернулся и сообщил о ее смерти, – отвечает мальчик, вчитываясь в понравившуюся фразу: «Как ненависть может быть повышена до принципа справедливости, до просвещённого духа требований, когда становится ясно, что зло есть везде, и оно опирается на основания, выходящие за рамки индивидуальной воли и ответственности?».

– И что, вообще не встает?

– Только покурить и по нужде.

«… и оно опирается на основания, выходящие за рамки индивидуальной воли и ответственности»… Что бы это могло значить? – думает мальчик, – Что-то важное…ключевое…

– Он пьет?… В смысле, алкоголь? – снова отвлекает его гость.

– …В первый день вернулся с бутылкой… Потом хотел, чтобы я ему еще раздобыл, но я отказался. И его не пустил.

– И правильно сделал, молодец, бесенок…

– Но он что-то еще принял…

– Что именно?

– Не знаю… Какой-то порошок…

Гость вскидывает на него настороженный взгляд, потом снова поворачивается к индейцу.