Девятая квартира в антресолях

Теперь на ней было темно-серое легкое форменное гимнастическое платье чуть ниже колен, белый воротничок, плотные чулки и на ногах тряпичные прюнельки . Волосы были плотно собраны в тугую прическу, а линию талии подчеркивал белый поясок. Она посмотрела на ожидающих мужчин и тактично спросила у своего спутника:

– Ну, я пойду, папа?

«Так он ей отец? А я бы подумал, что…», – Лева всматривался в лицо седого господина и всё больше убеждался в ошибочной оценке его настоящего возраста.

– Не уходи, Лизонька! – удержал ее Савва, – Боже, как выросла! Поздравляю тебя, девочка, с окончанием Института.

Как проходят экзамены? – отец с дочерью подошли к ним поближе, – Ах, да, простите, вы, видимо, не знакомы? Позвольте представить вам моего друга Льва Александровича Борцова. Лева, а это Андрей Григорьевич Полетаев, председатель правления Товарищества, где я имею честь состоять пайщиком и его дочь, Елизавета Андреевна.

Полетаев и Борцов пожали друг другу руки. Лиза присела в обязательном реверансе, но после тоже протянула Льву Александровичу руку.

Ее рукопожатие было похоже на отцовское, такое же короткое и крепкое.

– Вы замечательно играли сегодня! – с чувством сказал Лева, и Лиза поняла, что это не дежурный комплимент.

– Благодарю Вас, я просто очень люблю играть с детства, это одно из самых любимых моих занятий.

– Мама посадила ее за инструмент, когда Лизе не было еще и трех лет, и сама учила ее вначале, – Андрей Григорьевич поправил невидимый непорядок в волосах дочери, хотя прическа была идеальная.

– Ваша супруга, наверно, обладает еще большим талантом, если столько смогла передать дочери, Елизавета Андреевна играла сегодня с глубоким чувством! – Лев Александрович не скрывал своего восхищения.

– Да, у нее были выдающиеся способности, у Лизы это наследственное. Жена моя умерла шесть лет назад. Мы с Лизой теперь вдвоём, – Полетаев приобнял дочку за плечи.

– Простите за бестактность, я не знал, – растерялся Лев Александрович.

– О маме у меня очень светлые воспоминания, не извиняйтесь – вступилась Лиза и обратилась уже к Савве.

 – Спасибо, Савва Борисович, все хорошо пока, хотя завтрашний рисунок я не сдам скорей всего, и плакал мой шифр, – она вздохнула и улыбнулась. – А как поживают ваши девочки?

– Все семейство шлет тебе приветы, а Аринушка велела целовать! – и Савва на правах давнего знакомого семьи расцеловал Лизу в обе щеки. – Ну, беги, у вас уже начнется, наверно, скоро.