ПТУшник

А при следующем пробуждении я обнаружу себя в своем немолодом теле, в лучшем случае в реанимации, а в самом вероятном – в морге или в омуте на речном дне, густо облепленным матерыми раками, которых тут много водится.

Или буду смотреть сверху на тело, как и положено порядочной душе. Еще понимать при этом запоздало, что душа и правда в теле имеется, а после смерти пути у них расходятся радикально.

Впрочем, мне ли об этом переживать? Даже если это какая-то проекция или другая реальность.

Есть возможность еще раз прожить молодость заново, чего тогда кукситься и ворчать?

Только радоваться новой жизни! И прожить ее гораздо веселее и умнее! Не совершать старых ошибок!

Ну, хотя бы попробовать не совершать, без ошибок жизнь невозможна, особенно если она точно уже не окажется повторением прежней.

Мои знания и мозги сохранились, так что поживем по-новому, веселее и богаче.

И старая жизнь оказалась неплоха, спорить с этим утверждением не стану, а теперь только от меня зависит, как можно прожить новую, данную мне еще раз непонятными обстоятельствами.

Будем считать, что Господом Богом и его личной волей в виде посланной мне свыше шаровой молнии именно для хороших дел в будущем.

Про вмешательство темных сил или зеленых человечков думать не стану, пока они не появятся и не представятся, чтобы честь по чести.

Я сажусь на кресле, ищу взглядом свою одежду и вижу ее на стуле рядом. Одевшись, я смотрю на наручные часы на широком кожаном ремешке, которые лежат на письменном столе и грустно вздыхаю.

Да, теперь только так, время определяется не по смартфону, а именно по часам, они для этого и предназначены.

Хотя первый «Эриксон» появился у меня в девяносто шестом году, так что до эры появления мобильной телефонии в моей жизни не так долго осталось.

Еще столько лет примерно, как мне сейчас, да и в новой жизни я телефон пораньше куплю, это наверняка.

В том же девяносто третьем году нас с приятелем, путешествующих автостопом по Баварии, подвез немец на семерке БМВ, у него первого я увидел в машине встроенный телефон.

Хороший человек оказался, я наобум сказал от балды место, куда мы хотим попасть и он провез нас лишние пятнадцать километров мимо своего дома. Немцы, вообще, мне показались очень человечными людьми за эту неделю путешествия, ну и интерес к советским людям у них тогда имелся серьезный. Еще одну неделю мы отработали на клубничной плантации по большому блату, с бесплатным проживанием в шикарном четырехзвездном отеле и полным столом.