Новогодняя ночь

Которые на подсохшей веточке, они уже созрели, с ними холод не справился, да и отломятся легче. В общем, – бери те, которые нравятся.

– Мне тут никакие не нравятся, – проворчал он, и встал на цыпочки, дабы дотянуться до грозди.

Лоза несговорчиво топорщилась, отстранялась, царапалась и, казалось, вполне осознанно целилась прямо в глаза.

– Воинственный у тебя виноград.

– Есть такое дело. Прошлой осенью на него покушались все, кому не лень. Вот и воюет.

– Ну, так ты скажи, что свои.

– Скажу…

Впрочем, моего вмешательства не потребовалось, виноград довольно скоро всё сообразил и сам.

Руки, что тянулись к нему, были нежны, они не рвали гроздья без жалости, но перебирали ягодки бережно, отводя ветви осторожно, словно локоны со лба.

– О, гляди-ка, птички поклевали!

– Оставь им, раз понравилось.

– А тут паук…

– Пускай живёт, не трогай.

Виноград был приятно озадачен, и, чтобы хоть как-то выказать благодарность в ответ на деликатное к нему обращение, принялся подсказывать сам, откуда сподручнее снять очередную гроздь.

Дело спорилось, а когда, в самый его разгар, небо прохудилось холодным пеплом снега, работа пошла ещё веселее. Как только ведёрко наполнилось сизыми, холодными, местами покрытыми белой пенкой снега ягодами, он спросил, пряча улыбку:

– Ну и зачем они тебе?

– Ой, знаешь, иногда гляжу на виноградник, и так хочется сока, аж скулы сводит.

– Так купи, – Скрывая улыбку ещё тщательнее, явно не всерьёз посоветовал он.

– Покупной, это не то… – Испуганно протестую я, и он, хотя и не выдаёт себя ничем, очевидно соглашается.

Ну, а как иначе-то? Нашему винограду всю весну и лето пел соловей. Дрозды баюкали своих птенцов в гамаках его лозы. Пухлые нарядные малыши из неги своих гороховых пижам следили за вознёй мышат с розовыми пятками в тени крапивы, подле витых стройных стволов, бережно удерживающих землю на своих руках.

– Все мы в руках друг у друга, как не крути… Как думаешь, я права?

– Не знаю.

Может быть. – Сурово ответил он, и забрал из моих рук ведро с ягодами.

– Спасибо тебе! Без тебя бы я ни за что не справилась!

Он молча пошёл вперёд, но …какая бы была из меня мать, если бы я не была уверена в том, что он снова улыбается мне в ответ…

Лесная синица

Дождь мягкими, кошачьими лапами ступал по расстеленной к его ногам листве. Сама же осень, – серая, скучная, топталась на одном месте.